09.05.2019 Мир, труд, май и долгожданный дизайн! С отчётами по багам и прочими просьбами по совершенствованию всё туда же или в специальную тему. P.S. Продам душу Лукашу за оказанную помощь в исправлении уже найденных.

03.05.2019 Нагато нашла перчатку Бесконечности и собирается... Читать продолжение в источнике. На самом деле, у нас тут обещанный большой ивент, но так же эпичнее, верно?

19.03.2019 Обновление сводки и анонс большого ивента. Все подробности здесь.

18.03.2019 С небольшим запозданием мы всё-таки установили возможность использовать маску в разделе филлеров для всех игроков. Обо всех багах сообщать Нагато или M-171.

08.03.2019 Введена сводка эпизодов, с которой можно ознакомиться здесь.

16.02.2019 Нет, глаза вас не обманули, у нас действительно новый дизайн. А ещё мы ищем ГМ-ов - все подробности можно узнать здесь.

03.02.2019 Первая волна сюжетных эпизодов и боевых операций открыта.

03.12.2018 С обновлением нас!

09.11.2018 Всё ещё ведём работу над глобальным апдейтом, пока замечательные и любимые игроки пишут посты. Спасибо им за это!

25.10.2018 Зачем нужны новости, если можно просто заглянуть в игровой раздел?

22.10.2018 Внезапное возвращение в строй (или, быть может, лучше сказать "перерождение"?). Годы идут, но одно останется неизменным всегда: Нянято никогда не будет уметь писать новости.
что: повседневность, приключения, драма, научная фантастика.
когда: июнь 2025.

Striking Distance

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Striking Distance » Банк завершённых эпизодов » [FB] 26.03.2023, Nobody can save me


[FB] 26.03.2023, Nobody can save me

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://i.gifer.com/3kUR.gif

1. Дата и время старта:
Двадцать шестое марта две тысячи двадцать третьего года, ночь.

2. Погода:
-3°, ясно

3. Задействованные персонажи:
Нагато мю | Тацута

4. Место действия:
Комната в общежитии ЦБ

5. Игровая ситуация:
Ночь того самого воскресенья, когда Нагато пси покинул ЦБ.
Проблемы соседок по комнате всегда общие, потому что всхлипы, даже тихие и в подушку, в тишине слышно просто прекрасно. На счастье, третьей с ними сейчас нет - втроём найти нужную атмосферу для доверительных бесед чуточку сложнее.

6. Очередность отписи:
μ => δ

0

2

Каким-то чудом поначалу она держалась. Не послала к морскому дьяволу или куда похуже - а она могла, с такой соседкой и Мусаши - адмирала, не попыталась сбежать с базы, даже не закатила публичную истерику. Только вот не из-за твёрдости характера или удивительного самоконтроля, нет.

У неё будто вытянули все силы и привязали к рукам и ногам по гире. Тут не поистеришь.

От завтрака, обеда и ужина Сэра отказалась. Точнее, просто спряталась в комнате, где замоталась в одеяло с головой, проковыряла в этом коконе отверстие, чтоб дышать, и застыла в своём горе - видимо, её состояние не вызывало у окружающих желание её куда-то звать. Окружающие, к сожалению, всё равно никуда не делись - их даже многовато было, потому что кто-то постоянно совался в комнату с никчёмными бытовыми вопросами, скорее всего, просто желая глянуть на то, что происходит с ней, используя такой дешёвый повод, - но Сэра представляла, что их нет. А Лена выставляла их вон достаточно быстро, чтоб ей не приходилось заматываться в душное одеяло ещё больше.

Мусаши не пришёл, хотя один раз что-то очень подозрительно брякнуло об оконное стекло - Сэра оцепенела ещё больше, а в глазах сразу стало мокро, - но звук не повторился.

Лучше думать, что он не пришёл, потому что иначе от его чуткости глаза заливаются слезами мгновенно, а ложное спокойствие готово рухнуть. Что будет тогда, когда всё это рухнет, Сэра не очень хотела знать, а потому предпочитала не думать, а просто смотреть на стенку через маленькое отверстие, благодаря которому она тут ещё не задохнулась. Кокон из одеяла был ни капли не удобным, в нём было жарко и мокро.

К вечеру "домашняя" футболка промокла насквозь, волосы свалялись и тоже вымокли, а едва уловимый запах, исходящий от тела стал навевать мысли о чём-то болезненно-нездоровом - тогда Сэра вылезла, сгребла пакет с принадлежностями для душа, заныканный за тумбочку (дань старой привычке) и, покачиваясь, пошла в душевую. Кажется, тогда кто-то из старшаков пробормотал у неё за спиной в коридоре что-то вроде "слава Богу".

Какому-такому Богу слава, Сэра не очень поняла - вообще-то, она могла вскрыть себе вены в душевой с той же вероятностью, что и просто вымыться начисто, изгоняя вон отвратительный запах, так что могли бы и рановато радоваться. Но нет, она вернулась живой, здоровой и отмытой до скрипа, повесила полотенце сушиться на маленькую сушилку, которую припёрла откуда-то Лена, запихала пакет со всем необходимым обратно за тумбочку и, содрогнувшись от вида мокрой простыни и лёгкого запаха слюны от подушки, перестелила кровать.

Старое постельное бельё - скатать в тюк и швырнуть в угол, потом надо будет отнести коменданту.

Потом.

Самое гадство ситуации в том, что для остальных-то она, упав на свежую кровать во всём чистом, выглядела нормально. То есть, кто-то мог бы даже сделать вывод, что у неё всё прошло, или там "поболит-пройдёт".

Жаль (или не очень?) что не могли залезть ей в голову. Пожалели бы о сделанном выводе моментально, потому что творящееся там нельзя было описать цензурно.

До темноты она пролежала на спине, пялясь в потолок, никак не ответив на пожелание добрых снов от соседки. Внутри что-то ныло, но мыслей при этом не было. Мысли появились только к десяти часам вечера - словно сломали какой-то внутренний барьер. Может, сработала старая привычка плакать от обид только тогда, когда никто не видит, потому и держалась. Может, просто пришло осознание, что теперь за знакомым окном мужского общежития никто не откроет и не пустит в кровать, а сразу за ним вспомнилось, что и кровать-то теперь щерилась голым матрасом, пока не приведут кого другого, и в тумбочке пустота. Ей буквально не оставили ничего, чтоб успокоить - а так, может, обняла бы подушку, почуяла бы знакомый запах, и стало бы легче.

Ей бы хотелось ничего не чувствовать, да только что-то поздновато спохватилась.

Сначала пришли слёзы, горячими дорожками добравшиеся до ушей и там оставшиеся - ещё часть добралась до разбросанных по подушке волос, поэтому стало мокро и под ушами.

Потом сбилось дыхание, превратившееся из тихого и ровного в какое-то задыхающееся. Всхлипов, на счастье, не было, только рот жадно ловил воздух, заставляя Сэру чувствовать себя рыбой без воды. Удивительно точное сравнение, к слову, только не из-за дыхания.

Она при всём при этом старалась вести себя потише, не выла, не всхлипывала, только шумно дышала и иногда шмыгала носом, который уже успел покраснеть и распухнуть, но вот успокоиться не могла - в голову лезло всё подряд, обидное и не очень, будто разум сам подсовывал наиболее слезовыжимательные мысли.

Очень хотелось сбежать к морю и там долго-долго кричать, пока голос не пропадёт - вдруг легче станет? И, наверное, часам к трём ночи она бы так и сделала, но на часах была половина одиннадцатого, и бессилие пока перевешивало яростное желание орать на мир.

+2

3

Одним утром Тацута проснулась и поняла, что назревает катастрофа.

Какого именно плана катастрофа назревает, она не в упор не могла сообразить, но Нагато, ее несгибаемая соседка по комнате и старший товарищ "смотреть-но-не-трогать" лежала в кровати с видом забывшего умереть до конца трупа. Тяжелые дни бывают у всех, резонно рассудила она. Значит, пройдет, отпустит. Наверное.
Во всяком случае, хотелось надеяться.

Ребята из нагатиной флотилии заходили за ней. В первый раз в дверь стучали перед завтраком, и девица из кровати смерила Тацуту таким тяжелым взглядом, что единственный ответ на вопрос об ее самочувствии становился очевиден.
Нагато спит. Нагато ушла. Нагато занята. Нагата плохо себя чувствует. Нагато отправили на секретное задание в районе Антарктиды - к обеду Тацута настолько запыхалась отгонять гостей, что готова была озвучить и это. Но гости кончились.

Теперь была другая беда - Нагато ничего не ела весь день, и, видимо, есть не планировала. Тацута оценила продовольственные запасы их комнаты и решила, что уж от хорошенького ароматного обеда Нагато не сможет отказаться ни при каких обстоятельствах. Она хотела обойтись малым, но так увлеклась, что когда выглянула с их общажной кухни, обнаружила отсутствие соседки на месте и ком смятого постельного белья в углу. Беспокойство не переставало давить где-то в районе макушки, и Тацута уже готова была броситься в коридор (прямо как была, в кухонном переднике и с прихваткой) и там набрасываться на случайных прохожих, пытаясь выяснить, куда делась Нагато.
Но дверная ручка повернулась за секунду до того, как это сделала Тацута. Ее взгляд пересекся со взглядом Нагато и она хотела было что-то сказать, но получилось только закрыть рот, опустить глаза, и отойти в сторону, пропуская соседку обратно на место.

Тацута ела в одиночестве и гробовом молчании. Единственным звуком в комнате было дыхание двух девушек и робкое шкрябание вилкой по тарелке.

День подходил к концу, и Тацута вдруг поняла, что ужасно устала. Сторожить девиц целый день - то еще удовольствие, ей бы чешую, когти, да умение дышать огнем для таких дел. Они с Нагато не обмолвились за сегодня ни словом, но уйти по каким-нибудь своим делам Тацута просто не посмела.
Она протопала к кровати в мягкой цыплячье-желтой пижаме, хотела было пожелать соседке спокойной ночи, но по устремленному в потолок взгляду Нагато поняла, что это, наверное, излишне. Даже свет выключила молча - ей, похоже, было все равно, при свете лежать, или в темноте. Может быть, смалодушничала.

Точно смалодушничала - эта мысль разбудила уже начавшую задремывать Тацуту. Сколько времени прошло, она даже себе не представляла, но, наверное, не очень много. Или все же разбудило ее что-то другое? Тацута натянула одеяло примерно по уши, прислушиваясь к окружающему ее мраку. Со стороны соседней кровати доносилось тяжелое дыхание и редкие всхлипы.
Лезть на эту территорию было уже попросту противозаконно, Нагато за такое могла руку откусить. Или сразу голову. Но лежать под звуки чужой тоски и ничего не предпринимать было совсем паршиво, и Тацута решила, что не смалодушничает в этот раз, даже если на кону будут конечности с головой.

Она не придумала ничего лучше, чем молча подняться с кровати и включить свет. В центр комнаты Тацута выволокла маленький обеденный столик, достала к нему подушки из под кровати, и, демонстративно громко бряцая тарелками и вилками-ложками, приволокла с кухни остатки плавно перетекшего в ужин обеда. Вышло даже неплохо. Только к решению проблемы они так и не подойдут, если Тацута все же не соизволит открыть рот (что сегодня казалось сложнее, чем когда-либо).

Несколько раз она просто открыла-закрыла рот.
- Еда, - Тацута сама себя рассмешила собственной лаконичностью. Определенно стоило конкретизировать, - Поесть надо.

Ничего умнее придумать не вышло. Но здравое зерно в этом плане все же было - даже если Нагато не удастся справиться с произошедшим за обеденным столом, она хотя бы подкрепится после голодного дня, а там и уснуть попроще будет.

Отредактировано Tatsuta (2019-01-05 00:24:56)

+1

4

Катастрофа, которая вызрела в этой комнате, была уже готова обрушиться на всех сопричастных и не очень - а вдруг кто под руку попадётся? Тем более, что Лена-Рена - она, вроде, и так под рукой, для отвода души могло бы подойти.
Только не в случае с Нагато.
Наорать на старого козла-адмирала, вломиться в главный штаб и с наслаждением пораскидать все их драгоценные бумажки, поджечь, наконец, архив - это ещё хоть на какую-то адекватную месть было похоже. Сорваться на Лену-Рену-Тацуту, называйте как хотите, - это уже ни в какие ворота.

Катастрофа была готова случиться, но... не случилась, потому что свет, резанувший по глазам, застиг Нагато, лежащую с широко раскрытыми мокрыми глазами, врасплох, как какого-нибудь оленя в каком-нибудь лесу. Почему-то совсем ни к месту вспомнилась история Мусаши о том, как он с кем-то выбрался на самоволку, но так называемый первоход, распробовав свободу и спиртное, внезапно ошалел и ночью убежал, как выразился Мусаши, улучшать экологию. Так как последний не очень хотел возвращаться без выведенного с собой условного имущества ОВМС, ему пришлось идти ночью в редкий лес с фонариком, где и луч желтоватого света и выхватил из темноты шальные, какие-то звериные глаза мучающегося от алкоголизма пилота, а потом и его самого, похожего как раз на упомянутого оленя. У истории был даже какой-то смешной финал, но Сэра выставила это нелепое воспоминание за дверь своей головы, разве что губы брезгливо не поджимая. На том вечер воспоминаний, попытавшийся сменить тематику с драматично-трагичной на туповато-смешную, был поставлен на паузу.

А, пока мозг занимался своими делами, у тела тоже было всё ни слава богу - перед глазами поплыли ярко-белые пятна, и вообще всё на минутку стало таким бело-белым, что Сэре пришлось зажмуриться. К слезам от трагичности ситуации прибавились слёзы от режущего глаза света, ну а слух отключился, наверно, за компанию - в ушах что-то зазвенело.
Через пару минут Сэра, продрав, наконец-то, заплаканные глаза, поняла, что звук звона никак не хочет уходить и на всякий случай попыталась ковырнуть пальцем собственное ухо.

Ухо отозвалось тупым давящим чувством, а звон исчез - правда, только с одной стороны. Вот таким простым способом Нагато, смотревшая в потолок, и догадалась, наконец, что звон - это не совсем то, что обычно в ушах звенит, если исходить из звука. И вообще исходит извне.

- Ну какого, - мучительно (и шёпотом) протянула Нагато впервые за день хоть что-то абсолютно Мусашину фразу, но осеклась прежде, чем закончила его любимый вопрос с похмелья, и уточнение, чего "какого" не было высказано. Атмосфера тоски и уныния дрогнула, захотелось ругаться матом и пить. Опять же, от Мусаши нахваталась.

Чтоб выяснить, "какого", пришлось сесть, потирая глаза. И обнаружить Лену-Рену, стояющую с видом квартирного вора, застуканного на месте преступления, рядом со столиком, который она тоже откуда-то когда-то приволокла - вообще, а не сейчас, - и на котором стояла еда. Словно по таймингу, Лена выдала ровно три слова.
С паузой между ними.

- Ешь, если хочешь, - Сэра махнула рукой и обвалилась обратно на кровать, - Всё равно уже включила иллюминацию.

Она почему-то не подумала, что речь идёт о ней и её желудке. Желудок, на удивление, не крутило позывами голода, хотя за весь день в него упало только несколько капель воды, случайно проглоченных во время чистки зубов. Удивительно, учитывая её обычное, какое-то особо интернатское, стремление есть от пуза.

+3

5

Тацута подперла голову рукой и с деланым благодушием на лице постукивала пальцами по столу. А они вообще когда-нибудь вместе ели? Тацута, бывало, угощала соседку своей стряпней, получала дежурный кивок и короткое "вкусно" - это, понимаешь ли, было актом уважения перед старшим товарищем. Но в столовой Нагато и Тацута всегда ели за разными столами - и немудрено, тут уж как ни крути, а внутри флотилий отношения обычно крепче, чем между ними.
Тацута едва слышно вздохнула.

- Эээ, ну, вообще-то... - Тацута подняла голову с руки-опоры и выпрямилась, - Ты... ешь.
Тацута чувствовала себя необычайно смирной. Обыкновенно привычные беготня и шум сейчас казались какими-то постыдно неуместными. Не то чтобы она была в чем-то виноватой - но вину за что-то почти готова была почувствовать. То ли за то, как мямлила, то ли за то, что тянула до последнего, то ли просто по факту своей буйной натуры, способной превратить любой момент времени в комедию и фарс.
Вряд ли Нагато сейчас требовался юморист.

Когда нельзя отшутиться или сдерзить, общение становится в разы сложнее.

Тацута опустила взгляд, подняла его на Нагато и снова опустила - такие ситуации были для Тацуты диким и странным недоразумением, в котором она оказалась словно бы по ошибке. Но так уж вышло, что жили они в одной комнате, и поддерживать друг друга было решением верным просто для их обоюдного комфорта.
У Нагато не было угрожающего калибра и толстой железной брони вокруг тела, покуда она была вне моря, хотя принять это было труднее, чем случалось подумать.

- Ты весь день не ела, - Тацута просто констатировала факт. Провела пальцем по краешку стоявшего перед ней стакана, поджала губы, а брови ее нервно сошлись у переносицы, - Плохо это, ага. Не так плохо, как раньше, конечно, - Тацута удивительно легко хихикнула, - Но все равно лучше с едой, чем без. Правда?

Тацута улыбнулась чуть более сдержанно, чем улыбалась обыкновенно. Перед Нагато с решительным "бух" встал стеклянный стакан, из графина в него полился холодный апельсиновый сок. Тацута неловко почесала затылок, схватила с изобильного первое, что попалось ей под руку, закинула в рот, прожевала, наигранно активно шевеля челюстями, и смирно-пресмирно добавила:
- Я ж это, - повисла пауза, -  Ну, беспокоюсь, - еще одна пауза, - И остальные беспокоятся! - Тацута явно обрела некоторую решимость, указывая рукой на дверь, - Сама ж слышала, караваны по твою душу весь день ходили. Так что, ну, это...

Тацута одним глотком опустошила свой стакан на половину.

- У тебя совсем дела плохи?

Отредактировано Tatsuta (2019-02-17 23:11:37)

+2

6

Свет, конечно, был совершенно не к месту. При свете, Нагато знала, она выглядит максимально глупо (или жалко, неизвестно даже, что хуже), да и смотреть остекленевшими глазами в потолок лучше в темноте. Во-первых, так они меньше болят, во-вторых, темнота всё делает лучше. При искусственном ярком освещении всё становится жалким и ничтожным, кроме проблем.

Можно было перевернуться на живот, уткнуться в подушку и закрыть глаза, но Нагато понимала, что любое движение с её стороны привлечёт внимание Тацуты. Ненамеренное, конечно - попробуйте не обращать внимание, как что-то в помещении копошится, рвано дышит и сопит в подушку (по-другому дышать не получается), ежеминутно сморкаясь, а потом тайком вытирая руку об край простыни, - но тем хуже.  Всё, что Сэра сделала - положила ладонь тыльной стороной вниз себе на глаза, чтобы спастись от света, и для себя поставила абстрактные страдания на паузу.

То есть, перестала бездумно плакать.

Нет, легче от этого не стало - в голове сразу появились мысли, заставляющие страдать уже осмысленно, и Нагато очень захотелось кинуть в Тацуту подушкой, наконец-то, впервые за годы соседства, переходя черту равнодушного отчуждения. До сегодняшней ночи они жили, не тужили, но и не дружили. Тацута вкусно готовила и обладала желанием поделиться этим умением со всем миром, у неё был брат, а ещё иногда она не ночевала в комнате - не так часто, как Нагато, но всё-таки. Скорее всего, она тоже знала все тайные и не очень проходы к мужскому общежитию и то, что в туалете на первом этаже сломан замок на раме - нужно только аккуратно поддеть в нужном месте, - но как именно Тацута пользовалась этими знаниями, Нагато не знала, и ей до этого никакого дела не было.  До сегодняшнего дня у них не было причин начинать дружить или конфликтовать, но Нагато была почти готова швырнуться подушкой, чтоб потом вежливо извиниться и снова уйти в себя.

Её останавливало только то, что Лена-Рена была в этом всём не очень виновата, и, кажется, провела весь день, отгоняя посетителей. Если право на поздний ужин можно заслужить, она его заслужила с лихвой.

Короче, переходить границу Сэра была не готова. В отличии от Тацуты, как оказалось.

Нагато услышала то, что можно было назвать предложением (или вопросом, или удивлённым возгласом - особо не поймёшь), и невольно раздвинула пальцы, снова открывая себе возможность посмотреть в потолок. Один глаз всё равно прикрывала ладонь, а второй видел очень ограниченное пространство между средним и указательным пальцем, но даже так смотрела Нагато в потолок очень удивлённо.

В то, что поздний ужин предназначался для неё, Сэра поверить не могла. Не так просто.

Вот в то, что Винсента не просто списали, а расстреляли где-то за углом на выходе из территории централки - легко, общее мрачное настроение сопутствовало. В то, что завтра её подсоединят к мехе и отключат двигательную функцию навсегда, чтоб не рыпалась - тоже.

А вот в простую человеческую заботу - нет, что вы, никогда.

Когда Тацута упомянула, что она - Сэра, разумеется - ничего не ела, Сэра медленно, будто её суставы заржавели и едва могли двигаться, села на кровати, не отнимая руку от лица. Выглядело это дико. Для Нагато ещё более дико выглядело то, что еда успела придвинуться к ней на столе с колёсиками, а Тацута пыталась улыбаться.

- Если я не буду есть, - хрипло заговорила Нагато, убирая ладонь подальше от глаз, - то они, скорее всего, отвезут меня в медблок.

От описания подробностей применения пищевых зондов и капельниц Нагато удержало то, что Тацута, наверно, боялась её ещё больше, чем она - Тацуту. Но это определённо было согласие. Вымученное, не очень личное, и выгодное только Нагато, зато согласие. Первый шаг к пониманию.

Нагато ткнула пальцем в прохладный бок стакана с соком, словно проверяя, существует ли он на самом деле. Стакан существовал.

Надо было радоваться, что даже в такой ситуации есть люди, которым не наплевать.

- Они хотят удовлетворить своё любопытство - от того, как удивительно совпали её мысли со словами Тацуты, Нагато вдруг обозлилась, бросив взгляд на дверь. - Знаешь же, когда кто-то расстаётся, окружающие постоянно спрашивают, "а почему вы расстались", "а кто кого бросил", - голос её попытался изобразить интерес, но вышло издевательское сдавленное пищание, заставившее Нагато сразу же прекратить перечисление стандартных вопросов. - Им просто интересно то, что их не касается. По-моему, это мерзко, а?

Злость, как ни странно, подогревала необходимость действовать. Необходимость взять, например, стакан, и отхлебнуть одним глотком сразу треть ледяной жидкости с кисло-сладким вкусом - Нагато так и сделала. И предсказуемо закашлялась.

- Совсем. Совсем плохо. - ответила она, справившись с кашлем и поставив стакан обратно.

Взгляд Нагато был насторожённым. Словно проверял - а можно ли хоть что-то ей рассказать? Можно ли поделиться тем, что у неё было, и чего теперь нет?

Нервы требовали высказаться, но то нервы. Характер требовал заткнуться и лечь обратно.

Желудок, глотнувший сока, требовал добавки.

+2

7

- Поня-ятно, - Тацута протянула это глубокомысленно, но не совсем понимающе, - Тогда точно надо есть. В медблоке капец. Туда ж - слышала уже? - какого-то доктора нового привели, так с этим чертом рогатым не договоришься, а еще у него походу зрение на затылке и камеры подсоединены напрямую к мозгу. Ни отмазаться, ни сбежать, А еще... - Тацута сделала равновесно крупный глоток сока, но не закашлялась, и как-то безрадостно добавила, - Там от визитов уже точно не отвертишься.

Тацута издала неловкий смешок, решив не уточнять, что беспощадность нового доктора испытала на себе, скорее всего, исключительно в силу идущей впереди нее славы злобной дезертирщицы и уклонистки. Хотя, кто ж его, белохалатного, знает - быть может, он был так строг со всеми.
А может быть, Тацута просто продолжала бессмысленные попытки разрядить обстановку.

Нагато никогда не выглядела, как человек, нуждающийся в беззаботной атмосфере - а возможно, в ней и вовсе было что-то, что сгущало над местом ее появления некоторое напряжение, какой-то неосязаемый, но ощутимый шлейф давления. Наблюдать за ее бессилием было так же странно и неловко, как было бы неловко наблюдать слезы родного отца.
Тацута вдруг поняла, что с интересом смотрит на эту новую Нагато - не Нагато из хромированного металла в тон ее волосам, не Нагато из серой тучи в тон ее глазам, а Нагато из раскрасневшегося от слез мяса.

Момент осознания своего семпая простым человеком был до ужаса неловким, и Тацута поспешила зашебуршиться на месте, затараторить что-то про то, что она не зря ж еду грела, и наполнить две тарелки добротными порциями первоклассного ночного дожора.

- Так, это... - совершенно точно было ясно то, что их сидение в таком положении не привело бы ни к чему, если главный вопрос вечера не будет задан. Тацута прокашлялась, повертела в руке вилку, надула щеки, сдула щеки, набрала в грудь воздуха, подумала, что со стороны все эти действа, должно быть, выглядели до одури нелепо, и все же спросила, сама удивишись тому, каким был ее голос - мягкий, тихий, ни капли не режущий, и будто бы взрослее, чем несколько минут назад, - Чего стряслось-то, Нагат?

Ничего судьбоносного и фатального не произошло, но кончики тацутиных ушей отчего-то запылали.

- Ну, то есть, если там ничего секретного, и тебе не западло во все это болото опять лезть, - спешно уточнила она, - Я, если что, могила. Ты знай, меня батя слово держать научил - он с дядьками важными дела имеет, там за враки и грохнуть могут.
В Нагато из плоти Тацута почему-то ощущала больший потенциал убийств за нарушенные обещания. Странная мысль - но тем не менее, подавленная и заплаканная соседка ее ощутимо порождала.

Отредактировано Tatsuta (2019-03-19 13:28:05)

+1

8

Всё это почему-то казалось Нагато неправильным. Неестественным каким-то. Неискренней ситуацию не назовёшь - Тацута всегда была искренней и непосредственной (иногда настолько простой, что это граничило с глупостью), - но было во всём этом что-то натянутое и тёмное. Будто, если взять их разговор (ладно, его подобие) как нечто материальное, повертеть в руках и поскрести ногтем, то из-под нейтральной оболочки дружеской беседы вылезет что-то совсем нехорошее и пахнущее страхом. Болтовня о докторе была совершенно ненужной, пустой и глупой, и просто отмахиваться от неё уже не получалось. Сэра сжала кулак (спасибо, что без стакана), но почти мгновенно осознала это, разжала пальцы и стыдливо отвела взгляд, полный пустого тоскливого разочарования, куда-то в сторону.

Больше в сторону, чем обычно.

Интересно, боялась ли её Лена. Не как обычно - побаивалась за серьёзность и отчуждённость, - а по-настоящему. Как редкий вид Глубинного, который откуда-то взялся на кровати, дышит воздухом, как человек, не спешит умирать, не атакует пока - это только пока, - и вообще не поймёшь, что с ним делать.

Нагато взялась за ложку, повертела её в руках, взяла как положено и, не глядя, ткнула куда-то в сторону тарелки. Бездумно поводила ложкой, не замечая, что вообще пытается размешать, и не думая о том, что нужно было взять вилку, возможно. Или вообще есть руками - вдруг это были сендвичи или пирожные, готовить которые Тацута мастак.

- А меня не в медблок заберут, - бросила Нагато со странным злорадством, продолжая водить ложкой. - Наконец-то научный отдел получит полное право запереть меня на столько времени, сколько им хочется.

Что она там ранее думала про подключение к мехе и отключение двигательных функций? Да, смешно и нереально, но так подходит настроению, что почти верится в эту бредовую идею.

А потом Нагато опустила взгляд и нервно засмеялась - ложка водила по столу в паре сантиметров от тарелки.

Дальше развивать эту мысль и смех не получилось, потому что Лена спросила о том, что случилось, и Сэра выронила наконец-то многострадальную ложку. Уши словно заложило, звук падения ложки достиг их медленно-медленно, как сквозь слой воды.

Сама идея того, что кто-то может быть не в курсе её личной трагедии, была настолько шокирующей для измотанных нервов, что Сэра лишь огромным усилием подавила желание снова нервно рассмеяться. Зато взгляд - округлившийся, сомневающийся и словно спрашивающий "ты серьёзно, что ли?" - наконец-то перестал блуждать в стороне и устремился-таки на лицо Лены.

Потом Сэра отмерла, полезла под стол, вытащила-таки ложку, но смотреть настороженно не перестала, и, что самое необычное, продолжала смотреть прямо в лицо соседки. Теперь Глубинных в этой комнате определённо стало на одного больше.

- Нагато списали. - вообще-то, надо было добавить "пси", но, наверно, только дура может решить, что речь идёт о Сэре, а не о её старшем товарище. Особенно учитывая, какой надлом зазвенел в голосе Сэры, и как погнулась несчастная ложка в сжатом кулаке, - Ты что, вообще штаб десятой стороной обходишь?

"А сегодня он уехал", захотелось добавить ей, но при одной мысли об этом в глазах защипало. Углублять тему и рассказывать о том, как адмирал, заклеймлённый в глазах Сэры безымянной мразью отныне и навеки, сделал всё, чтобы они даже не попрощались, было тем более выше её сил.

- Списали, понимаешь? Совсем. С вещами и на выход. Просто взяли и вышвырнули отсюда. А меня оставили. Я полезная, понимаешь ли. И права голоса у меня нет.

Последнее она не говорила - прокричала, опустив кулак с ложкой на стол. Не со всего размаху, но так, что тарелки подпрыгнули, а стаканы с соком отозвались печальным "звяк".

Глаза Сэры лихорадочно блестели, а голос звучал так, будто она реальности уже не видела, а говорила с кем-то за её пределами. С самой собой, например, или с Вселенной в целом.

Вот тут уже следовало начинать бояться. С такими лицами обычно изображают маньяков в подростковых слэшерах.

+2


Вы здесь » Striking Distance » Банк завершённых эпизодов » [FB] 26.03.2023, Nobody can save me


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC