09.05.2019 Мир, труд, май и долгожданный дизайн! С отчётами по багам и прочими просьбами по совершенствованию всё туда же или в специальную тему. P.S. Продам душу Лукашу за оказанную помощь в исправлении уже найденных.

03.05.2019 Нагато нашла перчатку Бесконечности и собирается... Читать продолжение в источнике. На самом деле, у нас тут обещанный большой ивент, но так же эпичнее, верно?

19.03.2019 Обновление сводки и анонс большого ивента. Все подробности здесь.

18.03.2019 С небольшим запозданием мы всё-таки установили возможность использовать маску в разделе филлеров для всех игроков. Обо всех багах сообщать Нагато или M-171.

08.03.2019 Введена сводка эпизодов, с которой можно ознакомиться здесь.

16.02.2019 Нет, глаза вас не обманули, у нас действительно новый дизайн. А ещё мы ищем ГМ-ов - все подробности можно узнать здесь.

03.02.2019 Первая волна сюжетных эпизодов и боевых операций открыта.

03.12.2018 С обновлением нас!

09.11.2018 Всё ещё ведём работу над глобальным апдейтом, пока замечательные и любимые игроки пишут посты. Спасибо им за это!

25.10.2018 Зачем нужны новости, если можно просто заглянуть в игровой раздел?

22.10.2018 Внезапное возвращение в строй (или, быть может, лучше сказать "перерождение"?). Годы идут, но одно останется неизменным всегда: Нянято никогда не будет уметь писать новости.
что: повседневность, приключения, драма, научная фантастика.
когда: июнь 2025.

Striking Distance

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Striking Distance » Банк завершённых эпизодов » 02.06.2025, То, что случается, случается вовремя


02.06.2025, То, что случается, случается вовремя

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

http://s7.uploads.ru/t/GL3OI.gif
1. Дата и время старта: 02.06.25.
Около восьми часов вечера
2. Погода: +24, за окном ясно и душно

3. Задействованные персонажи:
Nagato ι и Pitohui
4. Место действия: центральная база, общежитие, комната Пит. В дальнейшем, все база в доступности для девочек
5. Игровая ситуация: переселение - дело не простое, новые знакомые, новые впечатления и вроде это же так весело, пусть и много хлопот. Но когда заходишь в комнату и видишь встречающий тебя беспорядок, как-то не очень весело. Познакомившись с соседкой, ты понимаешь что вовсе это не ее рук дело, а остаться в стороне ты попросту не можешь
6. Очередность отписи: Нагато → Пит

Отредактировано Pitohui (2019-02-19 16:16:36)

+1

2

Переезды утомительны.
На жизнь Тины их выпало не так уж много — этот всего лишь третий, — но она не любит их всей своей душой.
Первые два отличались фактическим отсутствием личных вещей: всё, что было у Тины, уместилось в одну дорожную сумку. И если чего-то у неё и не было, то это ей обещали выдать или купить уже по месту прибытия. Так на Центральную Базу в свои двенадцать лет она летела налегке, до конца даже не представляя себе, что ей вообще может быть нужно; в Порвенир, в тринадцать, тоже с одной единственной дорожной сумкой, так как не успела обзавестись ничем памятным или важным.
Зато теперь…
Тина не привязывалась к вещам, не было у неё и страсти коллекционировать что-либо, но за последние пять лет многое изменилось. Так тумбочки и полки, которые раньше были полупустыми, заполнились не только необходимыми вещами, но и приятными мелочами вроде подарков и сувениров, да и в шкафу прибавилось одежды, хотя модницей, для которой зазорно не менять наряд каждый день, Тина совершенно не являлась. Ужасным был не только сам перевод, но и желание забрать с собой всё. И больше всего прихватить с собой на новое место хотелось людей, вот только увы, увы…

На Центральную Базу она в итоге отправилась с большим чемоданом, сумкой через плечо и с огромным плюшевым медведем в обнимку (трофейный подарок Вашингтон и оставить его было бы полным кощунством). То, что она сочла не самым необходимым на новом месте, она упаковала по коробкам и попросила доставить домой. Тина не видела смысла переезжать со всеми своими вещами: она едва успеет осесть в Японии, как её служба будет окончена. По крайней мере ей хотелось, чтобы этот год пролетел быстро и максимально незаметно, может быть, так будет менее… что? Грустно? По Глубинным Тина точно скучать не будет. А по службе?
Она не задумывалась об этом до этого злосчастного перевода, а теперь в голове было слишком много не самых нужных мыслей. Они отвлекали, смущали, сбивали с толку. Тине пора бы думать о будущем, а она прочно, как в янтаре, застыла в настоящем, не осознавая, что есть что-то помимо «здесь» и «сейчас».

Она бы хотела сказать, что Центральная База изменилась (или не изменилась), но её воспоминания о прошлым своём проживании здесь были серыми и выцветшими, словно старый фотоснимок, который выгорел на солнце и деталей уже не разобрать. Нагато помнила общее расположение строений, что-то отзывалось в её памяти узнаванием, но в основном она пребывала в состоянии лёгкого удивления и знакомства с окружением. Она даже не помнила, жила раньше в этом же корпусе женского общежития или в другом? Этаж был первый, а теперь второй. Поднявшись по лестнице, девушка проходит со всеми своими вещами по коридору, вглядываясь в номерки на дверях и сжимая в ладони ключ. Она даже не знает к кому её подселили — всё совершенный, чистый лист, перевёрнутая страница. И заполнять его трудно и не хочется, но необходимо.

«Кажется, здесь», — девушка останавливается напротив нужное двери и, поправив на плече сумку, сверяет номер на бирке у ключа и на двери, после чего мешкает буквально секунду, прежде чем вставляет ключ в замок, поворачивая до двух щелчков. Тина хотела и надеялась, чтобы соседки сейчас не было в комнате. Она знала, что знакомство неизбежно и неотвратимо, но ей хотелось побыть за этот день хоть немного одной, в тишине, чтобы собраться с мыслями и чувствами.
Надавив локтем на дверную ручку, прижимая медведя к груди, и толкая бедром дверь, Тина переступает порог и, запинаясь за что-то, теряет равновесие и стремительно летит вниз. Медведь, принимая удар на себя, смягчает падение. В сумке что-то с печальным звуком бьётся об пол и лишь чемодан остаётся монолитен и не сокрушим — Тина успела выпустить его ручку, чтобы не потянуть за собой.

«Что за?..» — Приподнявшись на локтях, Тина оглядывается в полумраке, но узнает лишь общие очертания предметов: вон кровати, там полки, здесь шкаф. Что-то против вечернего света свисает прямиком на окно, размазываясь непонятной кляксой. Встав на колени, Тина отклоняется назад, поднимает руку и шарит ладонью по стене — память услужливо подсказывает, где в типовых комнатах расположен выключатель. И когда комнату заливает светом — столбенеет.
Это…
Это было…
Если в мире и существует первозданный Хаос, то это мог быть его филиал.

«Кажется, соседка мне досталась не самая чистоплотная», — удивительно, что можно вообще довести комнату до такого состояния. Поднявшись, оставив у порога сумку и чемодан, но по-прежнему прижимая к груди трофейного медведя, потому что не знает куда в этом сраче его можно пристроить, Тина проходит по периметру, как по минному полю, осторожно переступая через носки, незнакомые ей журналы и обертки и фантики от шоколадок и конфет. То, обо что она запнулась на пороге, оказалось неудачно натянутым проводом, уходившим от розетки куда-то к столу. Чудо, что кроме самой тины ничего больше не упало.   
Оглядываясь, девушка замечает, что пыли, что удивительно, нигде нет. Вещи разбросаны, но на полках, между хаотично расставленными, разложенными и местами раскрытыми книгами, где затесалась кружка с недопитым чаем, нет ни пылинки. Противоестественно как-то.

+2

3

«Одна».
«Две. Три».
«Через одну, ура!»

На лестнице были слышны шаги, нет, кажется это не шаги, это был бег. Шлепки от босых ног по холодной, каменной лестнице, направлялись все выше, словно пытались воспарить подобно птице и оторваться от земли, улетев в бескрайний синий простор, воспарив над землёй.
Интересно, как это? Летать? Как-то раз я слышала, не помню от кого, что небо – это море, когда переворачиваешься на своём самолёте вниз, оно становится подобно бескрайнему океану с чувством свободы. Так ли это? Я пробовала много раз переворачиваться и смотреть вверх тормашками на голубое небо, но чувства свободы у меня не было. Может, я просто не знаю что это такое? Или только когда я взлечу, пойму как это?
Расправив руки в разные стороны, изображая самолёт, я бежала вверх по лестнице, с каждой ступенькой набирая новую высоту и изредка перепрыгивая через одну, гордясь тем, что у меня получился такой удачный рывок. На улице уже вечерело, хотя кто-то бы сказал, что уже идёт вечер, но было ещё светло как днем и переубедить меня в обратном никто не осмелиться. В одной руке я крепко сжимала конвертик с булочками, добродушно отданный мне в столовой поварами, а в другой - ключи от своей комнаты в которую я собственно и летела. Добравшись до нужного этажа, я резко вылетела из лестничного пролёта в коридор и продолжила свой незатейливый маршрут уже по прямой линии, набирая скорость. Сбоку мелькали дверцы от жилых комнат, а перед глазами - прямая дорога в неизвестность. Так задумавшись и засмотревшись в пол на быстро мелькающие полоски, я пробежала собственную комнату, к которой пришлось возвращаться уже пешком, стоило мне чуть не врезаться в одну из открытых дверей чей-то комнаты.
Я остановилась возле закрытой двери и прошуршала пакетом с булочкой, доставая оттуда самую понравившуюся из всех, схватила её в зубы и, подкинув ключи, тут же поймав, вставила их в замок. Каково было моё удивление, когда я поняла, что дверь была открыта и смысла от вставленного мною ключа эта дверь никакого не получила. Не извлекая ключи, хватаясь за ручку двери и с силой распахивая её, да так, что та с шумом ударяется во что-то, я оглядываю комнату на наличие «вредителей» скрещивая руки на груди, надеясь на то, что подобная выходка могла их напугать. Вредителей в комнате не было, как мне казалось на первый раз, зато было что-то получше – женщина, держащая большого медведя на руках и жуткий беспорядок по всей комнате. Я удивлённо уставилась на неё.

+2

4

Вновь открывшаяся дверь ударяет по её чемодану, оставленному у самого порога. Тина оборачивается и ловит на себе удивлённый взгляд медово-желтых глаз. Немного подумав, буквально секунду, отвечает удивлением на удивление, покрепче прижав к себе медведя, словно плюшевый щит.
«Девочка?» — Ничего удивительного, конечно, учитывая, что Тина всё-таки в женском общежитии, но… совсем ребёнок? Чедвик почувствовала, что теряет остатки контроля над ситуацией, которого у неё и так не было. Ясности в ситуацию внесли ключи, торчавшие из замка с той стороны. Тина потянулась рукой к заднему карману джинс, нащупала там свою пару и всё немножечко встало на свои места.
Нет, перед ней был не случайный ребёнок, а её потенциальная соседка. Маленькая и хрупкая совсем ещё девочка с пакетом в руках и булочкой. Запах свежей выпечки тут же подразнил, напомнив, что кто-то с самого завтрака не успела и крошки взять в рот, потому что сперва не хотелось, а потом всё времени не было.
— Здравствуй, — прерывая игру в гляделки, Тина первая пошла на контакт дальше визуального. Ну просто потому что есть пара насущных вещей, которые сами собой не решатся, пока они просто смотрят друг на друга.
— Меня зовут Тина и я буду твоей соседкой.
«На ближайший год», — почти срывается с языка, но девушка заменяет это уточнение вежливой полуулыбкой, которая, в прочем, быстро меркнет, — «И мне кажется, что у нас могут быть проблемы».
Проблемы? О, нет. То, что Тина видела вокруг себя, было огромной проблемищей, просто потому что сейчас здесь даже спать будет невозможно — ни на одной из кроватей не было, кажется, ни миллиметра свободного пространства, на той, что застлана, одеяло скомкано, а бессильно сползший пододеяльник уползает куда-то под кровать. Один из стульев утопает под грудой одежды, а на столе сооружена с виду шаткая композиция из книг, тетрадок, блокнотов, торчащих в разные стороны ручек и карандашей, каких-то коробочек, механизмов, проводов и настольной лампы, как вершины творения. И, словно изюминка (целая гора маленьких разбросанных изюминок), то тут, то там взгляд натыкался то на открытую пачку с печеньем, то на коробку конфет, то на фантики от леденцов, то на разломанные до крошек солёные крекеры.
— Давай… на чистоту, — Тина старательно подбирает слова, чтобы не показаться грубой, но слово «чистота» словно само собой подчеркивается интонацией. Честное слово, она не хотела этого, но тему порядка в комнате ей раньше как-то не доводилось поднимать. Никогда. А теперь это казалось не столько пикантным, сколько жизненно необходимым и важным.
«Ты здесь живешь?» — двоякий получится вопрос, конечно живет, раз зашла в эту комнату, а из замка торчит вторая пара ключей. Может быть попробовать «Как ты здесь живешь?» — или это выйдет слишком грубо?
— Это… — Подобрать нужные слова не получалось. — Я впервые вижу нечто подобное.
И вот это чистая правда.

+3

5

Застать в своей комнате кого-то другого, -  я точно не ожидала, я готова была ко всему: наваливанием вещей на меня, увидеть «вредителей» комнаты, адмирала или любых других знакомых мне личностей и вещей которые меня знали и видели, как собственно и я их самих. Но что бы незнакомую мне женщину, да ещё в руках держащего плюшевого медведя? Нет. Меня больше интересовало то, почему именно медведь, она что, им громила всю мою комнату, размахивая плюшевой задницей? Представить все это я конечно могла, но в голову никак не хотела поступать мысль о том, как она вошла в комнату – «может, я забыла закрыть дверь?»
Девушка первая решила нарушить наше удивлённое молчание и недопонимание, возникшее после моего появления, обычным приветствием, немного нерешительным, но твёрдо звучащим. Ответить я смогла лишь неуверенным кивком головы и тихим «угу» утонувшем в мягкой булке, что я успела засунуть в рот, прежде чем отворить дверь. На самом деле, я не знала, как поступить, ни что спросить, ни что собственно ожидать от этой незнакомки, а вчерашнее заявление о подселении ко мне человека – я уже давно забыла о такой важной новости, стоило мне пойти в столовую.
Тина – так представилась мне незнакомка, оглядывая меня с головы до ног и вдалбливая в мою голову то, что я успела уже давно позабыть. Я лишь молчала, а чем дольше молчала, тем сильнее понимала то, какая эта ситуация становится неловкая, а мне, как законной хозяйке этой комнаты – стыдно. Нет, не от того что тут был полный бардак, скорее от всей ситуации в целом и больше своём поведении, от чего меня бросило в жар и я опустив руки отошла с центра к стенке, стараясь не смотреть в сторону Тины. Мой взгляд непроизвольно выловил, из груды всего знакомого, чемоданы, аккуратно стоявшие возле двери и лишь чуть сдвинутые, по-видимому, от удара дверки. Собравшись с духом, а мне стоило немало усилий это сделать после подобного, я достала ключи из дверцы и захлопнула её, закрывая щеколду с внутренней стороны.
- Простите, что приходится вам видеть подобное, - я поворачиваюсь в её сторону и оглядываю весь этот кавардак, уже примечая то, что несколько вещей пропало. А это значило одно – это все сделала не она, да и если она моя новая соседка, не думаю, что девушка будет вредить мне, хотя кто знает?! Но в сегодняшним кавардаке она была точно не замешана; пропажу вещей могли сделать только другие дети с базы.
Отнести меня к группе к тем, кто любил идеальный порядок - нельзя было. Я всегда располагала вещи так, что бы они были удобны для моего использования, даже если и был небольшой беспорядок, его легко можно было убрать, стоило немного повозиться. Я обычно так делала перед проверкой, дабы не получить люлей за грязную комнату, тут с этим все строго, а если не успевала, то всегда говорила свой любимый слоган по этому поводу: «это не бардак, а творческий беспорядок».
- На самом деле я забыла, что ко мне кого-то подселят, поэтому подумала, что это вы все тут устроили, - сказала я, посмотрев на девушку, и тут же решила добавить: - но теперь точно уверена, что вы этого не делали. -
Переступая через натянутый провод, тетради, учебники, еду, различные инструменты которые можно увидеть в мастерской или в гаражах, я добралась до кровати и расчистив себе место, села. Ключи и пакет с булочками я положила к себе на колени.
- У меня иногда такое случается, – смотря на свои руки и покусанную булочку. – Завтра получу выговор и буду его отрабатывать.

+2

6

Ситуация... прояснялась? Пожалуй, что да. По крайней мере контакт был налажен и перед Тиной совершенно точно была её соседка по комнате, растерянная и сбитая с толку увиденным не меньше, чем сама девушка.
— О, нет, я обычно голосую за порядок в комнате и мир во всем мире, — Тина качает головой на предположение об её участии в создании местного хаоса, предпочитая сразу развеять любые сомнения на этот счёт, в прочем, не забывая при этом улыбнуться, чтобы её слова не были восприняты не тем образом: она на предположение не в обиде и обижаться не думает. Наверное, она бы тоже предположила, что человек обнаруженный на месте преступления может быть к нему причастен.
«Что же у нас получается?» — Есть комната, в которой обнаружен удивительнейший беспорядок, к которому не причастны ни одна из её хозяек: Тина просто-напросто только въехала, а девочка, нашедшая себе место на кровати, говорит, что иногда такое случается.
Вздыхая, девушка следует чужому примеру и сдвигает на оставшейся свободной кровати плед и вещи в сторону, чтобы освободить место и усаживает туда медведя, освобождая свои руки.
— Получим, — поправляет она последнюю сказанную девочкой фразу, поднимает на неё взгляд и пожимает плечами, — получим выговор и будем вместе его отрабатывать.
Хотя, возможно, будет легко поверить в то, что она к этому не причастна и Тину оставят в стороне. Только это не в её правилах: она уже здесь, и она может на это повлиять. Хотя бы попытается.
— По крайней мере если мы не успеем здесь навести порядок, а у нас для этого целые вечер и ночь впереди, — с чего бы только начать? Наверное, сперва стоит собрать всё с пола и более-менее определить, что и где должно находиться, хотя бы временно. Подхватив с пола кофту, лежавшую у самых ног, девушка подходит к шкафу и, открыв его, убеждается в предположении что он просто пуст. Совсем. Кто бы это не натворил, но вешалки он забрал с собой.
«Либо где-то спрятал».
— Говоришь, такое случается? — Немного неудобно, что девочка в ответ не представилась, но Тина не акцентирует на этом внимания, просто потому что… ну, у них есть вопрос и поважнее, верно? А ситуация для знакомства самую малость не самая стандартная. — Расскажешь подробнее?

+1

7

- Не получите. Кто отвечает за проверку комнат, наверняка знают о том, что ко мне подселят человека сегодня, - "не то, что я", - да и раз меня уже не первый раз ругали за подобное, то их легко можно будет убедить в том, что вы не виноваты. Я постараюсь это сделать... - Я подняла с пола гайку, что валялась возле ноги, словно желающую что бы её подобрали. Покрутив в руке, я посмотрела сквозь дырочку на лампу, ловя глазом яркий свет, от чего тот заслезился, а потом удивлённо поглядела в сторону Тины.
- Вы хотите мне помочь? - озвучила я тут же свой первый вопрос возникший в мыслях, наблюдая за тем, как соседка поднялась с кровати и, оглядев комнату, схватила валяющиеся тряпки в руки и открыла шкаф, в котором собственно и должна была прятаться одежда. Он был пуст. Это было неудивительно, все вещи валяются то на полу, но в этот раз даже вешалок не оказалось там.
- Если честно, вы не обязаны это делать, все же это моя проблема и мне с ней тоже надо самой разобраться. Адмирал говорил, что мне пора уже перестать баловаться и вести себя более ответственно. –
Я оставила разбираться соседку с одеждой, а сама начала собирать тетради, книги и мелкие метизы да пластинки, которых тут было не так уж и мало. Книги и тетради я собирала в одну стопку на полу, а все металлические изделия кидала на свою кровать. Иногда попадались письменные принадлежности и еда, что-то я съедала сразу, а что-то откладывала в сторонку на освободившиеся места. Многие упаковки с печеньями были открыты, пусть раньше и лежали в тумбе целыми и невредимыми - "даже до такого дошли". Но ничего не оставалось делать, как собирать их, шурша пакетом.
Тина задала вопрос, в этот момент я сидела на полу, к ней спиной и собирала очередную порцию солёных печень в пакет. Говорить не хотелось, нет, не потому что я не хотела втягивать её в это, просто не хотелось. Я не была любительницей болтать о себе хоть что-то, все мои друзья, которых особо то и нет, узнавали меня по средству общения, да и они, похоже, смирились с тем, что я такая. Не люблю подпускать к себе людей, они делают больно, это даже не сравнится с тем, как надо мной издевались, все, что тут происходит - пустяки. Мой шрам на спине, подтверждает лишь то, что люди - ужасные создания этого мира. Но иногда, мне так хочется с кем-то поговорить или просто повеселиться.
Я остановилась.
- Это, - нерешительно начала я, не зная с чего начать, - иногда сюда приходят девочки, с которыми я плохо общаюсь. - Теребя в руках печенье, та неожиданно рассыпалась на мелкие кусочки, и я тяжело выдохнула. - Что бы ни нарушать уставы штаба, они придумали способ как по-другому сделать мне гадость. Например, устраивают вот такой беспорядок поздно вечером, что бы я, не успела к утру убраться или же прячут вещи по всей территории базы. Сначала я пыталась как-то с этим справиться, но без доказательств адмирал меня даже слушать не желает, пробовала сама, но в итоге получала лишь больше взысканий. Поэтому я просто смирилась с этой участью. Ничего страшного в этом нет. –
Я так сильно тыкала пальцем в печенье, что раскрошила его до такого состояния которое убрать можно только с помощью веника или пылесоса.
– Так что вы сильно не волнуйтесь, к вам они не будут приставать. И спасибо что помогаете убраться в комнате.

+2

8

Остаётся вздохнуть на поправку о том, что, да, Тина может не отвечать за этот беспорядок. Имеет полное право. Вот только это не в её характере и правилах. Поэтому она не сомневается ни секунды, давая единственный возможный ответ на вопрос девочки:
— Да, я хочу тебе помочь, — собирая вещи и сбрасывая их пока что на кровать в одну кучу, чтобы только расчистить поверхности пола, стульев и комода, — Я твоя соседка по комнате и теперь это наша общая проблема.
К слову, о проблеме, которая носит не разовый, а систематический характер, которую, судя по всему, не помог решить адмирал, выдав весьма философский, а не жизненный совет. Почему так вообще случается?
— Хм, а что ещё тебе сказал твой адмирал? — Не в характере Тины сомневаться в руководстве или тех, кто отвечают за пилотов. Просто так немножечко легче жить, к тому же, Чедвик повезло со своим единственным до этого перевода адмиралом, но она знает, что бывает и иначе.
— Например, он уточнил, что ответственность, это как раз убрать этот беспорядок, а баловство – сотворить его?
Ситуация ей не нравится со всех сторон, как ты на неё не посмотри, но решить её на горячую голову точно не получится.
Останавливаясь у кровати, Тина разбирает собранные вещи по кучкам: джинсы, брюки и юбки в одну сторону, кофты и футболки в другую, белье отдельно от всего. Складывает все уже более аккуратно, чтобы можно было убрать в шкаф и разобраться хотя бы с этим пунктом беспорядка. Временно, конечно, потому что в шкафу потом ещё нужно будет разместиться её вещам, но это после.
Тина застывает, сминая в руках желтую футболку, прислушиваясь к осторожным и тихим чужим словам. Это было… знакомо. Тину тоже не очень любили (хотя «любовь» не совсем подходящее слово) когда-то и эти воспоминания вдвойне отравляли её возвращение на Центральную Базу. Её здесь никто и ничто не ждало. Здесь не было людей, с которыми до этого можно было бы трогательно обмениваться письмами и фотографиями, а теперь обняться, радуясь долгожданной встрече. Тина хотела бы, чтобы её не тревожило то, как ей здесь было плохо когда-то — это уже в прошлом, да и она сильно изменилась, но то, о чем говорит девочка, её маленькая соседка по комнате, сквозит одним сплошным осознанием, что некоторые вещи не меняются.
— Ничего страшного? — Она оборачивается и, оставив на кровати измятую теперь пуще прежнего футболку, подходит ближе, присаживается рядом на корточки.
И это ей тоже знакомо.
Ничего страшного, что у неё не было друзей и не с кем было пообщаться: можно, зато, с головой уйти в книги, которые интересны, но читала их Тина с трудом, не понимая большей части. Ничего страшного, что над ней посмеивались и тоже устраивали пусть мелкие, но обидные подлянки. Тина терпела, потому что не знала кто мог бы ей помочь или что она сама могла с этим сделать.
В одиночку сложно. 
— Сколько тебе лет? На вид тринадцать или четырнадцать, но у меня плохо с такими вещами. И что, ты готова до конца службы терпеть это? — Так тоже можно, но разве это выход? — Теперь это наша общая комната, и если они пристают к тебе и устраивают здесь беспорядок, то они пристают и ко мне. Расскажешь мне, кто именно это делает?  И как мне тебя можно называть?
Пожалуй, что этот пробел всё же стоило уже закрыть, чтобы было проще и легче двигаться дальше.
Двигаться вместе.

+2

9

- Он говорил не только про этот беспорядок, про многое, что я вообще делала и как себя вела в том или ином месте и почему я считаю, что девочки пытаются что-то сделать мне плохое. Что-то в таком роде, но когда он начинает об этой ерунде говорить – мне становится не интересно и я либо убегаю, либо не слушаю его. – Я поглядела на Тину, которая присела на корточки рядом, изучая меня и раскрошенную печенку на полу. Какое-то время, мы обе молча, сидели на полу и поглядывали на раздробленную печенку, словно та побывала в блендере, а потом, вскочив на ноги, я поспешила ответить новой соседке на её интересующий вопрос, выставляя вперёд руку с двумя пальцами показывая «мир-победа» и улыбаясь:
- Мне четырнадцать. На базе живу уже два года, и мириться с такими неприятностями я не собираюсь. Рано или поздно, они получит всё по заслугам, но это будет не от моей руки. – Я не была уверена в своих словах, но старалась произнести их твёрдо и с улыбкой на лице, как я всегда и делала. Да если и верить многим словам о бумеранге: когда-нибудь он вернётся, только вот куда попадёт и с какой силой – не известно. Но так это или нет, не знаю, не было такой возможности увидеть, всегда выходило то, что получала я; может, я делаю что-то не так, раз мне приходится терпеть всё?!
- Мне кажется, они перестанут приходить в эту комнату, когда узнают, что сюда кого-то подселили. Эти девочки боятся наказаний и гуляют только вместе словно стайка голубей, держась друг друга. Да и не такие они дуры, что бы лезть к взрослой девушке, хотя кто их знает. – Я пожала плечами опуская руку, и оглядела преобразившуюся комнату: сейчас тут было не так «грязно» как до этого, а на полу, стульях и кровати появились кучки собранных вещей, которые в дальнейшем пойдут на свои места.
- Но это не значит, что они перестанут ко мне приставать. Я не сержусь на них, они меня тоже бесят. Строят из себя невесть кого и пытаются всё кому-то что-то доказать, будто им за это выдадут корону. – Смотреть на такие вещи уныло я не могла. Прожив всю свою жизнь под гнетом людей, получая различные виды травм, казалось бы, я должна сломаться, но чем больше на меня давили, тем больше я «твердела». Мне неприятно, мне больно и обидно до такой степени, что я часто плачу, но делаю это исключительно в одиночестве. Не хочу показывать свои слезы кому-то, они как слабость – а слабость нельзя показывать, что бы тебе не сделали больнее. Вот такая я: в одиночестве - одна, а в обществе людей – другая, вечно улыбающаяся, шутливая и порой бесшабашная. Но я никогда не притворяюсь что мне весело или грустно, не люблю лгать, а не договаривать – это другое дело.
- Они хорошие, пусть и делают такие гадости. Поэтому давайте забудем о них? – с надеждой в голосе спросила я Тину, внимательно разглядывая её черты лица и телосложение, изучая каждый мускул, волосинку или закруглённость тела.
- Признаться, раньше я вас тут не видела. Получается, вы приехали только сегодня? –
Если бы я видела Тину раньше, то смогла бы запомнить её очень хорошо, пусть даже и не точно, но при встрече смогла бы с уверенностью заявить - что раньше видела эту девушку. Но сколько я не вглядываюсь в её лицо, не могу сказать, что мы хоть как-то пересекались. Я плохо запоминала имена и цифры, но всегда могла хорошо запомнить дорогу с первого раза или людей, если хоть раз их видела, со вторым не всегда точно выходит.
- И да, я Рия или Пит, как удобнее, так и называйте. –

+2

10

«Сложно», — Тина старается не хмуриться, когда приходит к такому выводу.
Адмирал, который, возможно в чём-то и прав (ну не может он быть всесторонне только плохим), но Нагато не нравится, как он игнорирует ситуацию с девчонками, которые могут докучать его подопечной. Конечно, не все должно решаться через взрослых. Сперва всегда стоит испытать собственные силы, чтобы только не стало хуже и на тебя не прилепили ещё и ярлык ябеды, но Рия говорила, что пробовала, а у Тины нет причин сомневаться в её словах.
Сложно и то, что Рия не хочет, чтобы Тина во всё это вмешивалась, хотя иначе быть теперь просто не может. И не потому что у Чедвик развито чувство справедливости (хотя развито и скрывать это бессмысленно), а потому что это свинство и эгоизм закрывать глаза на чужую беду.
— Посмотрим, — вяло отзывается Тина и поднимается на ноги.
Она действительно посмотрит, что будет дальше, чтобы наверняка точно знать, как лучше действовать. Возможно, старшая соседка действительно смутит обидчиц Рии и, хотя бы беспорядки в комнате закончатся. Проблема в том, что начнётся, значит, что-то другое. Или закончатся они ровно на год, пока Тину не отправят с чемоданами домой.
Пит (Тине интересно, от названия какого корабля это сокращение, но спрашивать сейчас неуместно), тоже это понимает и демонстрирует такую покорность этой участи, что Тине в равной степени хочется её обнять, закрыв собой от всех этих маленьких, но неприятных бед, или встряхнуть, чтобы только она взбодрилась.
— Забыть об этом они сами тебе не дадут, поэтому… посмотрим, — повторяет она, словно подводит некоторую черту. Девочка и так сказала ей много, за откровенность и открытость Тина была ей благодарна, но не стоило дальше акцентировать внимание на не самых приятных вещах. Тем более, что им ещё устранять бардак.
— Я прилетела сегодня утром, перевод с базы в Порвенире, — вернувшись к кровати, Тина продолжает раскладывать вещи по аккуратным стопкам, после чего перемещает их на полки в шкаф. Для проверки этого хватит, а потом они снова всё переберут и вернут на законные места. Она же свои вещи может разобрать и завтра, а утром скажет, что слишком устала с дороги, никто этого не осудит.
— Я пилотирую линкор Нагато, йота-тип, и не была на Центральной Базе, — Тина замолкает, в мыслях подсчитывая сколько прошло лет с тех пор, — около пяти лет, может чуть больше.
«И не думала, что вернусь», — этого она не произносит, оставляя свою досаду в одних только мыслях. Тина совершенно точно знает, что с собственными тоской и разочарованием нужно что-то сделать, что они будут помехой, но пока что не знает, что и как. И сил у неё, если честно, сегодня для этого совершенно точно нет, а сконцентрироваться на чужой проблеме и беде оказывается куда как проще, чем пытаться разобраться в собственных трудностях.
— Я сейчас не очень хорошо представляю, что о себе могу рассказать, но если тебе что-то интересно, то не стесняйся и спрашивай, хорошо?
Наверное, это просто усталость. Она ожидала, что сможет спокойно заселиться, застелет себе кровать, сходит в душ и переоденется в чистое, а после провалится в глубокий сон до самого утра. Во сне этом, наверное, она смогла бы оказаться там, где быть ей хочется, а если и нет, то это всё равно может быть лучше тоскливой реальности.
— В комнате все вещи остались, ничего не пропало? — Это было бы неприятно, но Тина помнила, как однажды собирала собственные пожитки по всей Базе. Что было тогда хуже: обида от чужого поступка или одиночество, в котором она это делала, она так до сих пор и не знала. Наверное, всё вместе.

+1

11

Судя по всему, мои слова о том, что девушки перестанут меня донимать и приставать, хотя это были не только девушки, но и парни, были не такими убедительными для Тины, а её слабозаметный вялый голос мог подсказать об этом. Был, конечно, вариант и другой - что она просто устала с дороги и желает поскорее приютиться на своей новой кровати и утонуть в мире грёз, что нельзя было сказать о моем желании не спать всю ночь, а потом кемарить днем.
Я не стала говорить Тине многие другие важные вещи касающихся этих девочек, это был не первый случай, который можно увидеть. В какой-то степени, я даже сама виновата в том, что такое происходит. Отчасти. Даже было как-то раз такое, что я их побила кулаками и те, ходили в синяках, вот тогда я получила большой выговор и отрабатывала его несколько недель. Какое-то время ко мне никто не приставал и не лез. Долго это не продлилось и вновь началось всё по новой.
- Ого, Порвенир. – сказала я, внимательно наблюдая за тем, как работает соседка. В такие моменты мне всегда вспоминается одна фраза: «бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода, и как работают другие», и знаете, это действительно так. Я с неохотой оторвала взгляд от фигуры девушки и продолжила заниматься своим делом по складыванию различных деталей в кучу, письменные принадлежности, книги в одну стопку, а всякие метизы - в другую. Это были последние штрихи, оставалось только разложить всё по своим местам и полочкам, и можно спокойно подмести комнату и будет всё готово.
- А я только на центральной базе и была. – Захватывая в свои объятия одну из куч, лежавших на полу, протараторила я и ввалила её на свою кровать, что бы было повыше, для удобства.
– Как только узнали что я потенциальное ядро – мои вещи были тут же упакованы, и я без промедления поехала сюда. «А приют получил за меня деньги». – Я тяжело выдохнула воздух, вспоминая свой уезд с детдома. Я не грустила, нет, принимала как данное. Воспоминания были такими себе, но я и не радовалась тому, что больше не смогу увидеть приют. Всё это время, мои руки автоматически раскладывали одну вещь за другой на нужные места, и кровать в скором времени опустела, но следующая груда вещичек завалила ее снова.
- Хорошо, - отвечаю я и резко разворачиваюсь почти на сто восемьдесят градусов.
- Если вы не были на центральной базе, то я могу пройтись с вами по базе и показать её, как вы на это смотрите? – я с надеждой и возбуждением в глазах смотрела на Тину, эта идея была такой интересной что я просто не могла принять того факта что соседка может отказаться. А что я навязывала своего, - и подумать в этот момент не могла.
После неожиданных слов соседки, я только сейчас поняла, что такого исключать нельзя. Это было не первый раз и точно не последний, когда из комнаты будет что-то пропадать не по воли моей и не под моим присмотром. Вещей и правду не хватало. Это были самые простые вещи, которые можно было обнаружить в комнате у Питоху: обувь, платья, книги, какие-то инструменты для работы над проектом и собранные детали проекта – что-то было не столько важное, а что-то важное. Мне так сильно не хотелось отвечать на вопрос Тины, что я смотрела то в одну часть комнаты, то в другую, словно искала там ответы.

Отредактировано Pitohui (2019-02-12 19:09:56)

+2

12

Работа спорилась. И Рия, по мнению Тины, приободрилась после обнаружения беспорядка и непродолжительного выяснения виноватых.
— У тебя всё впереди, — произносит девушка с улыбкой, чувствуя, как в противовес лёгкому тону собственных слов сердце словно сжала холодная рука. Потому что впереди действительно всё. И хорошее, и плохое. Но сегодня вечером можно говорить только о первом, почему бы и нет? — Немного подрастешь и, возможно, тебя переведут в местечко потеплее. Ну или холоднее, тут уж как повезёт, но в любом случае появится пусть и крошечная, но возможность посмотреть мир.
То, как они попадают во флот, примерно одинаковые истории. Свою Тина вспоминать не любит, но уже не из-за того гнетущего чувства, что долгое время её не покидало, а просто потому что это перестало её беспокоить. Нагато поняла и приняла, что находится там, где нужно, ровно на своём месте, и многое стало легче и проще. Жаль только, что скоро ей снова придётся заняться поисками. Один год — это слишком быстро и Тина не всегда понимает, почему это вызывает у неё всё больше грусти, чем радости от возможности вернуться домой, к своей семье. Она знает, что может остаться, пойти учиться и через какое-то время занять место среди адмиралов или персонала базы. Сможет тогда быть рядом с теми, кому только предстоит пройти этот путь, но... А что "но"? Тина толком не знает, она ещё не разобралась чего сама по-настоящему хочет.
— Думаю, с моего последнего пребывания здесь многое изменилась, — улыбнувшись девочке, Тина согласно кивает на её предложение, — Я буду рада, если ты мне покажешь здесь всё. И... — девушка на секунду заминается, пока укладывает в шкаф стопку новых сложенных вещей, — Можешь обращаться ко мне на "ты". Это будет удобнее, как думаешь?
Пока Нагато разбиралась с вещами, которым полагалось находиться в шкафу, девочка раскладывала и возвращала на места детали, которые до этого привлекли внимание Тины, но на фоне общего беспорядка и масштаба предстоящей работы не находилось до этого времени и шанса за них спросить. Было здесь не мало и различной снеди, но большинство чужих запасов оказалось раскрошено или на полу. Или раскрошенным на полу.
— Это от какого-то механизма? — Собственные увлечения казались Тине чем-то простым и незамысловатым, а с техникой она дружила ровно на том уровне, чтобы та не ломалась в её руках. У девочки же она видела множество вещей, тонких, маленьких и побольше, изощренных и простых, совершенно разных и в большинстве своём незнакомых для Нагато деталей. Пожалуй, комната в общежитии не самое лучшее место для их хранения. — Почему ты хранишь их здесь? И чем увлекаешься?

Отредактировано Nagato ι (2019-03-26 21:48:27)

+2

13

- Может, я никогда и не покину центральную базу, - Сказала я, ровно восстанавливая разрушенную идиллию у себя на столе. Центральная база мне нравилась, это другой мир с другими уставами и взглядами. Тут ко мне относились по-другому, не то, что в приюте и я безмерно рада тому, что во мне нашли потенциал к управлению корабля. Я смогла покинуть гнетущие, оборванные и обрисованные, меня стены. Благодаря этому, я смогла  увидеть незабываемые вещи и повстречать много интересных людей. Оставив позади «грязных» людей, желающие о «грязных» желаний. И у меня появилась мечта – попасть на конкурс робототехники и других научных исследований, связанных с механизмами. И все это, мне смогла подарить центральная база и люди которые тут работают. Но иногда, я задумываюсь о том, что может это лишь сон и что со мной было бы, если бы я так и осталась в приюте? Не стала ядром?! Как бы я жила? Была бы у меня мечта? Желание продолжать кого-то защищать? И жива ли я была?
Последние воспоминания о приюте были ужасными, вспоминания о них я хочу стереть и посей день, забыть тот кошмар, который подарили мне мальчики. Но я понимаю, что никогда не смогу забыть это - это шрам, душевный, и вылечить который нельзя. Сколько бы ни старалась, не пыталась отмыться от грязи и позора – я не смогу. Удавка вокруг шеи, давно уже влитая в кожу, она часть меня. И шрам на спине напоминал об этом лишь сильнее. Не прошу жалости, никогда ее не просила, но зачем, зачем люди продолжают так делать? За что они выбрали меня?
Из рук выпала очередная железная штуковина, с грохотом оповещая о дырявых руках, и что мне пора вернуться в реальность, в комнату, где меня ждала Тина, а вместе с ней мой адмирал, который был не самым лучшим, и другие проблемы. Это лучше, чем вспоминать то, что было. Настроение испортилось, не стоило мне вспоминать тот ужас, и сейчас я была рада тому, что стояла спиной к соседке. По телу проходила незаметная дрожь, но не от холода и я заметила, что все вещи, которые валялись кучкой, закончились.
Слова собеседницы утонили в ушах, говоря о моей невнимательности к окружающему, и мне стало неловко.
«Какого черта я вообще творю?!»
- Простите, что вы сказали? – смогла я выдавить из себя и разрушить цепь нерешительности, возникшую вновь, сколько труда я вкладывала в то, что бы нормально общаться с другими? Нельзя было просто так взять и разрушить все то, что я строила.

+2

14

Происходящее сбивает с толку.
Ещё несколько минут назад Тине казалось, что она прорвалась сквозь мглу, которая окружает Рию, а теперь ей становится ясно, что это было обманом. Мгла эта оказывается куда как гуще туманного молока и непрогляднее даже самой беззвездной ночи. Здесь будет мало одной свечи и чувство беспомощности касается своей ладонью её плеча, но уже через секунду, качнув головой, Тина скидывает с себя это наваждение.
Нет безвыходных ситуаций — это не то, чему её научило ОВМС. ОВМС её научило сражаться, стоять на своём до конца и никогда не сдавать без боя позиции. Тому, что безвыходных ситуаций не бывает, её научили те, кто были вокруг последние годы.
И безвыходных, потерянных и пропащих людей тоже не бывает.
Есть те, кому нужно протянуть руку, подставить плечо, помочь подняться, а то и просто обнять, пока самое страшное не пройдёт. Или даже собственноручно прогнать это самое страшное, если потребуется.
Где бы была сейчас сама Тина (и какой бы была?) окажись это не правдой?
— Знаешь, ты мне немного напоминаешь мою сестру, — она сама не ожидает от себя такого откровения и, столкнувшись с ним, смущённо отводит в сторону взгляд, но не может не улыбнуться, немного печально, но всё равно тепло. 
Воспоминания Тины бережно хранят в себе образ девочки, которая давно уже выросла. Какой она стала? Жаль, что по одним лишь письмам нельзя всего узнать и понять, но Тина помнит её хрупкой, но стойкой. Всегда ласковой, всегда нежной, всегда сама — свет. Как самая лучшая из всевозможных весен — живая и смелая, рассыпающаяся улыбками, крошками хлеба угощавшая птиц. До невероятного вмещавшегося в себя столько любви и жизни, что хватило бы, наверное, на десятерых.
Она помнила, как Уна порой просыпалась в слезах, забиралась в кровать к сестре, пряталась под её одеялом и только тогда признавалась, что ей приснился кошмар и как страшно шумит ветер. И Тина неизменно отвечала ей: «Я люблю тебя, перестань бояться». И не потому что нужно так сказать, чтобы успокоить, а потому что верила, что её любви хватит, чтобы уберечь целый мир от всех самых жутких ночных кошмаров.
«Мне её не хватает», — Тина редко в этом признаётся даже самой себе, а сейчас вот нахлынуло.
Вздохнув, девушка пересекла комнату и, остановившись напротив Рии, осторожно и бережно заключила её в объятия.
Она светлая, но от неё не исходит тот внутренний свет, который Тина помнит у своей сестры. Не маленькое тёплое солнышко, а, скорее, испуганный птенчик, который остался совсем один и некому ему помочь встать на крыло, а небо кажется слишком высоким, а земля ненадёжной.
Ей маленькая соседка не хочет с ней обо всём говорить, но это не удивительно — они ведь только познакомились, но бывают вещи, которые становятся понятны и без слов. Возможно, Тина никогда так ничего от Рии и не услышит, но считает важным сейчас сказать:
— Не бойся, с тобой больше не случится ничего плохого, — и без всякого «пока я здесь».
«Пока я здесь» — очень хрупкая и ненадёжная вещь, но Тина не сомневается сейчас, как не сомневалась в детстве, обнимая свою перепуганную сестру, что она по-прежнему способна уберечь целый мир, но теперь не только от ночных кошмаров.
Ей хочется, чтобы вода, окружающая Рию со всех сторон, из тяжелой и мутной становилась светлой. Чтобы в ней могли отразиться северное сияние и звёздное небо. Глубина по-прежнему будет недосягаема, но на дне будут сокровища, а не странные чудища и морские звери.
Ей хочется, чтобы в жизни Рии всё было о целостности, об умении приходить в себя, о чувстве, что приходишь домой, где тебя очень сильно ждали.
— Мы с сестрой любили играть в игру под названием «Ты мне веришь?» Менялись обстоятельства и условия, но некоторые детали правила оставались всегда неизменными, так, иногда, мы рассказывали друг другу истории, которые могли как случиться на самом деле, так и быть выдуманными, а потом спрашивали: «Ты мне веришь?» Важно было суметь отличить факт от выдумки. — Не размыкая объятий, Тина касается самыми кончиками пальцев чужих мягких волос, — Так вот, с тобой больше не случится ничего плохого, ты мне веришь, Рия?

+4

15

Когда в последний раз мне говорили тёплые слова? Когда я чувствовала себя по-настоящему счастливой? Было ли такое на самом деле? Уже два года прошло с того момента, как я покинула приют и оказалась на центральной базе. Чем дольше я провожу тут время, тем больше мне кажется, что я начинаю забывать лица тех, кто растил меня, кормил и одевал, учил простым вещам, ух улыбки были добрыми, но такими холодными. Я навсегда буду помнить их, но не их лица: какую причёску они носили, какого цвета глаза, родинки, брови – всё это теряется из памяти, грустно, но не настолько что бы впадать в отчаяние и забываться, может мне вообще всё равно. Но и сам приют не был никогда милым или радостным, дом – где есть радость, но она поддельная, не настоящая. Поэтому я, закрыв свои чувства от других, надела маску, которая прилипла ко мне намертво. Я пытаюсь дарить радость для других, стать их другом, но знаю, всё это им не нужно, может, потому что не умею этого делать. Я знаю, что они об этом думают, как смеются над этим и что говорят; если я, хоть на минуту отступлю, отвернусь на одно мгновение, - значит, я проиграла, но я не хочу проигрывать, где-то в глубине души я пытаюсь кому-то что-то доказать, показать какая сильная…
И вот сейчас, стоя спиной к Тине, я не была честна ни с ней, ни с самой собой. Иногда это пугает. Я лгу себе для того, что бы мне было комфортно жить в этом мире, и эта ложь выползает наружу, а я начинаю лгать окружающим. Поэтому объятия Тины были болезненны, она одним касанием пытается разрушить всё то, что я строила долгими и упорными силами, возводила стену вокруг себя, закладывая один камень за другим, на протяжении многих лет. Тепло, которое она хочет подарить мне – обжигало. Но на пару секунд, каких-то пару секунд я смогла почувствовать, то тепло без боли, понять насколько мне не хватало подобного. И этого хватило. Слезы, я не хочу плакать, но они, не спрашивая меня, лились из глаз, без всхлипов, в полной тишине, они продолжали стекать по щеке вниз, капая на тёплые руки Тины, - «почему, почему они льются?!»
Но Нагато не молчит.
Когда она говорит, хочется ей верить, верить в то, что её слова будут волшебны и всё будет именно так, как она скажет. Но такого не может быть. В этом мире нет волшебства, нет такой силы, которая бы заставила сгинуть всё чёрное. Поэтому как можно верить в такое? А если довериться? Все люди лгут, говорят одно, а делают другое - никому нельзя верить, я поняла это уже давно. Сколько бы ты не старался, другой человек будет либо это отвергать, либо принимать как должное. Человеческая натура настолько мерзкая и от понимания такого мне становится смешно, ведь я тоже такая. Все люди такие.
Я не знаю что ответить.
Я могу солгать, сказать что поверила, но я не люблю обманывать. Сказать для того что бы она успокоилась, не волновалась? Ложь во благо, - когда я стала им промышлять? Когда начала расти и понимать что этот мир такой смешной и жестокий?
Я вытерла рукой слезы. Не оборачиваясь, продолжая смотреть на стол, я кивнула.
- Верю.
Я солгала, солгала, потому что не могла сказать правду, в такое трудно поверить, ведь это попросту не возможно, но расстраивать Тину я тоже не хочу, ведь она так добра ко мне.
- Да, я закончила. Некоторых вещей не хватает, их наверно и в комнате то нет, - оптимистично попробовала заключить я, отходя в сторонку и приподнимая пару вещичек с пола укладывая их на кровать.
- Я пойду, поищу их.

Отредактировано Pitohui (2019-04-03 14:03:55)

+2

16

Тут есть над чем плакать, и Тина несколько раз быстро моргает, чтобы не подпустить туманную пелену из слёз к себе. Это не для неё минута и момент, не здесь и не сейчас, поэтому она лишь крепче прижимает к себе девочку, не издавшую ни одного всхлипа, чувствуя капающую на руки соль.
Да, это не игра, где есть правда, а есть выдумка. Да, Тина прекрасно понимает, что не может — не должна — задавать таких вопросов и давать таких обещаний… но это не значит, что нужно оставаться слепой и бесчувственной к другим людям, что не стоит хотя бы пытаться что-то изменить.
Рия говорит: «Верю», и Тина тихо и осторожно вздыхает, склонив голову и коснувшись губами светлой макушки.
Она не хочет и не станет задавать провокационные «Правда?», «В самом деле?» или «Как сильно?»
Всё это будут лишь слова, а нужны действия и поступки, реальность, которая будет действительно другой. Тина верит, чувствует в себе возможность и силы, что может помочь и сделает всё, что сможет. Ей хочется, чтобы «Верю», которая она услышала сегодня, стало правдой.
Ещё раз проведя пальцами по светлым и мягким прядям, Нагато отпустила девочку и постаралась как можно теплее улыбнуться ей:
— Пойдём вместе, скажи мне только что именно мы ищем. Заодно сможешь показать мне общежитие, — совместить полезное и... полезное.
Хотелось бы верить, что потерянные вещи просто спрятаны по зданию, а не утекли уже за его пределы, но Тина ещё не знает, что этой надежде не суждено будет сбыться. И что за поисками они с Рией проведут ещё добрые полтора часа, прежде чем вернуться в свою комнату и до середины ночи будут наводить порядок и размещать всё по своим местам.
Тина больше не поднимет тяжелых разговоров, понимая, что есть вещи, о которых говорить не хочется, тем более мало знакомым людям. Вот и предпочтёт больше рассказывать самой: о Порвенире (пусть это и горько, и больно), о доме (это легче и всегда вызывает улыбку), а перед сном расскажет одну из многочисленных сказок своей бабушки. Честное слово, она сама не ожидала, что помнит хотя бы одну из них.

+3


Вы здесь » Striking Distance » Банк завершённых эпизодов » 02.06.2025, То, что случается, случается вовремя


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC