29.09.2019 Промежуточные итоги и открытие трёх новых игровых дней. Подробнее

20.08.2019 Проводим очередную ревизию эпизодов и игроков, поэтому можем внезапно постучаться в личные средства связи с предложением поговорить о Боге нашем.

09.05.2019 Мир, труд, май и долгожданный дизайн! С отчётами по багам и прочими просьбами по совершенствованию всё туда же или в специальную тему. P.S. Продам душу Лукашу за оказанную помощь в исправлении уже найденных.

03.05.2019 Нагато нашла перчатку Бесконечности и собирается... Читать продолжение в источнике. На самом деле, у нас тут обещанный большой ивент, но так же эпичнее, верно?

19.03.2019 Обновление сводки и анонс большого ивента. Все подробности здесь.

18.03.2019 С небольшим запозданием мы всё-таки установили возможность использовать маску в разделе филлеров для всех игроков. Обо всех багах сообщать Нагато или M-171.

08.03.2019 Введена сводка эпизодов, с которой можно ознакомиться здесь.

16.02.2019 Нет, глаза вас не обманули, у нас действительно новый дизайн. А ещё мы ищем ГМ-ов - все подробности можно узнать здесь.

03.02.2019 Первая волна сюжетных эпизодов и боевых операций открыта.

03.12.2018 С обновлением нас!

09.11.2018 Всё ещё ведём работу над глобальным апдейтом, пока замечательные и любимые игроки пишут посты. Спасибо им за это!

25.10.2018 Зачем нужны новости, если можно просто заглянуть в игровой раздел?

22.10.2018 Внезапное возвращение в строй (или, быть может, лучше сказать "перерождение"?). Годы идут, но одно останется неизменным всегда: Нянято никогда не будет уметь писать новости.
что: повседневность, приключения, драма, научная фантастика.
когда: июль 2025.

Striking Distance

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Striking Distance » Банк завершённых эпизодов » 15.07.2025, Smoke and Mirrors


15.07.2025, Smoke and Mirrors

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

1. Дата и время старта: 15.07.2025, 10 часов вечера.
2. Погода: +15, пасмурно
3. Задействованные персонажи: Уилла Дженкинс, Шарнхорст
4. Место действия: У доков ЦБ.
5. Игровая ситуация: Два человека пересеклись посреди одних хаоса и разрухи. У неё есть вопросы о царящем в округе, у него есть мысли о произошедшем, что ищут благодарного собеседника. Выйдет ли из этого каприза судьбы что-то хорошее или хотя бы дельное? Поживём - увидим...
6. Очередность отписи: Уилла Дженкинс, Шарнхорст.

Отредактировано Scharnhorst (2019-09-23 00:31:14)

+1

2

Десятичасовой перелёт не шёл, конечно, ни в какое сравнение с тем, как чувствуешь себя после трёх дней пересадок и бдений по разным аэропортам, но состояние было всё равно... не таким, как хотелось бы.
Не таким, как хотелось бы, было вообще решительно всё.
Начиная с самого этого перевода, с того, как на неё посмотрел Коледин, вызвав к себе ещё до общего подъёма, и просто не стал тянуть время, выкладывая сразу все факты, тревожные и безрадостные. На сборы дали час, за который предстояло накидать в маленький дорожный чемодан вещей (словно ей хоть что-то из этого могло реально понадобиться) и отобрать и согласовать с тем же Колединым кандидатуры пары Ядер, которые отправятся с ней на Хоккайдо. Спорили непозволительно долго, но сошлись на одном лишь Флэшере, тем более, что по нему давно обычная гражданская жизнь плакала, и нечего казённое место занимать.
Парню Уилла посоветовала с собой вообще ничего не набирать, кроме совсем малочисленных личных вещей, потому что всем остальным и необходимым его обеспечат на месте.
А ещё она рассчитывала дней через десять, в среднем, вернуться. С пилотом или без – старалась не думать.
В самом деле, для него это отличный шанс выбраться.
Все десять часов перелёта и ещё те четыре, что суммарно были проведены по машинам, доставившим их в аэропорт и из него, Уилла была в состоянии близкого к анабиозу. Она вроде бы о чём-то говорила то с сопровождающими, то с пилотом, но сейчас не могла бы вспомнить ни одной из тем разговоров. Кот пытался разбавлять гнетущую атмосферу, но поняв, что адмиралу не до этого, в какой-то момент заткнулся.
Главным образом всё это время Дженкинс старалась не думать. Вот вообще. Ни о чём.
Она не строила предположений, не гадала в каком состоянии Центральная База, каковы потери, какой на момент её приезда будет обстановка и как из всей этой жопы выбираться. Никакой информации и никаких данных, чтобы от мыслей был хоть какой-то прок, а не головная боль как итог.
На развалины пострадавших под обстрелом зданий Центральной Базы смотрела с удивительным равнодушием. Изредка только хмурилась стараясь вспомнить, так ли всё здесь было два года назад, до того, как она отправилась в промёрзший и ледяной Ад.
Долго стояла перед руинами командного центра, изучая взглядом раскуроченное здание, отмечая вокруг следы оставленные пожаром. Следовавший за ней угрюмой тенью Флэшер тихонечко выдохнул: “Ну пиздец”.
Уилле хотелось перед ним извиниться, но во взглядах, которыми они обменялись, не нашлось места для сочувствия. 
Глубинные отступили, обстрел береговой линии прекратился, но совсем свалить туда, откуда вылезли, твари, конечно же, и не думали.
Других данных у Уиллы не было. Во временном штабе, куда она пришла сразу, как сориентировалась в пространстве, бросила где придётся вещи и определила в заботливые руки коменданта своего подопечного, посоветовали отдохнуть до утра и набраться сил, потому что эти самые силы ей точно ещё понадобятся. Совет был хорошим, но едва исполнимым. И как хорошо, что ежедневный сон ей, при необходимости, и не нужен.
Меньше всего Дженкинс хотелось отдыхать, больше всего – вступить в бой. Ведь ради этого она здесь, так?
Возможно, чем скорее всё закончится, тем быстрее она вернётся в родную промёрзшую глубинку у берега Восточно-Сибирского моря. Предчувствие, правда, было совершенно другим, противоречивым, а ещё тягуче томящим и тяжелым.
Ровно таким, когда ждёшь бой. Ровно таким, от которого постепенно теряешь покой и хочется, чтобы всё просто уже началось, потому что бездействие кажется невыносимым.
Уилла знает, что ей нужно сохранять ясность ума и, вместо выделенной ей временно комнаты, направляется к докам, где даже к ночи не утихла и не прекращалась работа.
Она прошла несколько секторов, наблюдая везде одну и ту же картину: суетившихся инженеров и техников, меха-корабли, часть из которых пытались отремонтировать, часть переоборудовали, что-то из вооружения и оборудования снимая, а что-то навешивая,  кого-то готовили к спуску на воду. Подмечала следы разрухи от обстрела и бомбардировки. Думала о том, что здесь, в отличии от административной части Базы, дела обстоят не так плохо: доки утром сумели отстоять, а это значило, что у них есть все шансы нанести ответный удар.
Она перешла по коридору в другой сектор, где занимались починкой нескольких линкоров. Постояла в отдалении, не приближаясь и не нарушая технику безопасности, наблюдая за чужой работой. Хотела уйти, направиться дальше, но, осмотревшись, заметила в сумраке помещения, куда не добивал яркий свет ламп, сидевшего на стоявших у стеллажей ящиках паренька.
“Пилот”, — для персонала – слишком молод, хоть внешность и бывает обманчива. В Уилле без формы тоже вот не разглядеть адмирала, но кто виноват, что весь её гардероб, в том числе форма, были рассчитаны на исключительно минусовые температуры и не всегда хорошо обогреваемые помещения? С этим ей обещали помочь тоже утром, осталось только дождаться, когда это самое грешное утро наступит. 
Она прячет руки в карманы куртки и подходит.
— Разве тебе не нужно отдыхать? — бесцеремонно и несколько резко, без всяких переходных “извините, можно я тут рядом постою?”
Логика Уиллы проста и ей же понятна: раз пилот в гражданской одежде и в этом секторе, а не другом, то его не ждёт подготавливаемая к спуску на воду меха. А раз так, то необходимо повиноваться неизменному распорядку и комендантскому часу.
Дженкинс вновь переводит взгляд на мехи, рядом с которыми трудолюбиво сновали техники. Ближайшей к ним была “Айова”. А за ней, кажется, “Шарнхорст”.

[icon]http://sh.uploads.ru/v39zo.jpg[/icon]

+4

3

Время способно очень по злому шутить над нами: тебе кажется, что ты живёшь на одном месте, можешь с уверенностью нарисовать картину из воспоминании об окружающем: сколько ступенек перед входом в общежитие, насколько свежая краска на стенах зала симуляционных боёв, где отщепляется дерево на ограждениях в порту... А потом, стоит этой обстановке масштабно измениться, как твой разум начинает услужливо адаптировать свежие данные в новую картину, вытесняя за собой старые образы, словно всё, что было тогда, произошло в иной жизни. В первые минуты контраст Центральной Базы "до" и "после" атаки Глубинных ощущался диковинным, непривычным, а затем наступило осознание того, что юноша примирился по своему с переменами, даже если он не хотел предавать забвению свои воспоминания.

При всех амбициозных и долгосрочных планах Регула на сбор информации после возвращения на базу, многое из запланированного пришлось урезать и отложить на неопределённый срок: Ойген выглядел так, словно его где-то избили как боксёрскую грушу, а где-то изрезали, а потом сшили наспех кое-как, и диагноз дежурного был неутешительным. V-4 отправилась следом за ним и только сейчас, смотря на бледное безжизненное лицо пилота, Арчер осознал, что всё это время он имел дело с одной из участниц того позора в душевой. Та свара в мгновение показалась ему мелочной и бессмысленной: могла ли эта блондинка знать тогда, что через считанные дни она будет стоять одной ногой в могиле? Мог ли Шарнхорст? Южная Дакота не стал задерживаться надолго и отправился следом за ней, остались лишь Энтерпрайз и Корал Си. Жалкое подобие того, чем было соединение раньше, но зато все до единого живы, а эта очень важная победа. Без неё нынешнее положение было бы более остро и гадко.

Обсудив ретроспективу и тактику три пилота разошлись: их ничто не держало вместе. Кроме разве что ядер авианосцев: эти двое уходили парой. Регул же поставил перед собой дальнейшие планы. Привести себя в порядок, собрать как можно больше информации о произошедшем на ЦБ в этот день. Умывшись и одевшись в парадную форму, юноша отправился чинным шагом обходить всю базу, отслеживать нанесённый ей ущерб. Не пропустят куда-нибудь - не беда, придётся считаться со своим статусом и ограничиться внешним анализом. Затем отследить состояние своих коллег, в первую очередь знакомых. Бегать по всему комплексу за каждым из ядер, которые могут оказаться в любом месте, казалось крайне иррациональной идеей, а потому Арчер поступил умнее: он стал обходить доки, осматривать корабли.

Когда незнакомка фамильярно обратилась к Шарнхорсту, он стоял у пристани, выделенной для линкоров и линейных крейсеров. Юноша медленно повернулся на голос, чтобы затем кислым пристальным взглядом оценить его владелицу.

"Взрослая, около двадцати, чуть больше. Кто-то из персонала. Слишком тепло одета, для здешнего климата... недавно переведена?"

- Проводить свободное время как раз является отдыхом. - Арчер плавными движениями пожал плечами, его собственный голос надменно и глухо отозвался в какофонии шума инструментов и разговора механиков. А затем Шарнхорст встал с ящиков, чтобы встретить девушку лицом к лицу: тем более что, ноги больше не подкашивались от конкретных новостей, полученных здесь. - Я более чем способен отвечать за свой распорядок дня.

В голове ютилось очень много мыслей, такого рода, какими не хотелось делиться с чужими. Юноша пришёл сюда чтобы в кратчайшие сроки установить состояние своих знакомых, особенно тех, кто входил в танцевальный кружок. Хватало уже того, что Артём будет на долгое время прикован к постели, Регул всё ещё чувствовал укол совести, за то, что он не отнёсся к последнему сообщению Ойгена серьёзнее, чем стоило. А как же остальные? Шлезиен и Нагато - Йота отсутствовали в доках... Технически это ещё ничего не значит - Корал Си как корабль отправился на дно морское, но сам его пилот абсолютно жив и здоров. И всё же сердце обливалось кровью: с Ширли удалось установить её соединение, 002, то самое, что соседствовало на юго-востоке от 004 и было полностью перебито Глубинными. А что же случилось с Тиной? Ей более повезло, как Корал Си? Или её участь подобна Шлезиен?

Вспомнились слова Йоты об опасностях привязываться к кому бы то ни было. И сейчас хотелось дать ей свой ответ: что Шарнхорст ни капли не жалеет о том, что встретил её. Ему лишь хотелось иметь больше времени, встретить её раньше. И в этот раз юноша дал бы ответ, порождённый не впечатлениями от многочисленных книг про историю и войны, но от личного опыта.

"О прекрасная солнечная леди,
Если ты даёшь другим...

... Ты, и моя гордыня.

Впрочем, незнакомка точно не виновата в том, что обратилась к нему в такое время: откуда ей знать? Да и комендантский час никто не отменял. Стоит узнать её расположение к потенциальному "нарушителю спокойствия". Правая бровь изящно изогнулась кверху.

- Рискну предположить, что Вы как и я тоже здесь что-то ищете. Знакомитесь с последствиями, что не застали лично, находясь вдалеке от всего пота и крови. Я прав?

Риск промахнуться в анализе есть всегда. Информации по пришедшей было очень мало, а самые мельчайшие детали способны в корне изменить любой облик. Кроме того даже самый сильный аналитик может пасть жертвой перед самой трудной и непокорной константой: хаос. Но здесь в первую очередь нужен контакт, и почему бы не предложить девушке проявить себя?

Отредактировано Scharnhorst (2019-09-26 23:32:22)

+3

4

Едко. Но Уилле давно уже не пятнадцать, чтобы остро реагировать буквально на что угодно. И не восемнадцать, чтобы воспринимать каждое не понравившееся ей слово или взгляд в штыки. И первое и второе в принципе является непозволительной роскошью и Дженкинс прекрасно чувствует собственные, возведённые ею же лично, границы. И на поднявшегося с ящиков пилота смотрит ровно настолько спокойно и равнодушно, насколько может быть равнодушен человек, который сам кого-либо побеспокоил.
“В самом деле?” — читается в её взгляде и мимике, стоит не то что столкнуться, а напороться на чужое… что? Уилла не обладает достаточной эмпатией, чтобы легко понимать чужие чувства и эмоции, более того, та ювелирная точность, с которой нужно подходить к подобным вопросам, её откровенно быстро утомляет, но слово “пренебрежение” кажется подходящим лучше всего. А ещё с пренебрежением она очень даже готова мириться. В конце концов, в какой-то степени это взаимно.
Он говорит очень спокойно и сдержанно, но каждое слово оказывается не случайно брошенным – у Уиллы вообще чутьё на случайности, – а выверенным и подобранным. Именно в таком порядке и такой последовательности, от вопроса к констатации очевидного, судя по всему, факта. И Уилла не может сдержать улыбки: сперва приподнимаются самые уголки губ, демонстрируя вежливое внимание и готовность то ли поддержать диалог, то ли тут же его свернуть. Затем – явственнее и чётче, словно ещё секунда, и она вообще рассмеётся, обнаружив лично для себя в сказанном что-то смешное. Но эта мягкая улыбка застывает на её лице, контрастируя с внимательным и холодным взглядом.
Это и правда может стать смешным, но потом, когда всё закончится. А пока вокруг разруха, потери, сомнительные позиции и боль. И чужое пренебрежение она вполне себе способна сейчас понять. Но, чёрт возьми, самые пот и кровь ещё впереди, ведь ничего не закончилось. Уилла чуть качает головой, поджимает губы, отчего улыбка исчезает, выдыхает.
— Да, знакомлюсь и ищу, — она отвечает спокойно и ровно, окидывает ещё одним взглядом пилота и садится на ящик, легко запрыгнув на него, только невысокие каблуки сапог бьются о деревянный бок, — именно в такой последовательности.
Она поправляет волосы, чуть ослабляет обмотанный вокруг шеи шарф. Было жарко, но не так, чтобы слишком. Все движения Уиллы спокойны и лишены суетливости; она сама – лишена суетливости, и совсем не скажешь, чтобы прозвучавшие от парня слова её хоть как-то вообще задели.
— Ты прав, я была далеко отсюда, — она чуть пожимает плечами, потому что это факт с которым она ничего уже не может поделать (а если бы могла, то стала бы? Хороший вопрос, но скорее всего нет, просто потому что она была должна находиться в другом месте), — но вот теперь я здесь и хочу понимать, как всё было, чтобы иметь максимально полное представление о случившемся.
Ей, конечно, всё это (и даже больше) предоставят утром и информация будет сжата, насыщенна и максимально удобна при этом для восприятия, чтобы вникнуть в суть буквально за час реального времени, если не меньше. Но Уилла не чурается идти на контакт, тем более, что в море всё всегда воспринимается иначе. И кто знает, может быть конкретно этот пилот там был?
— Можешь мне с этим помочь? — Уилла запускает руки во внешние карманы куртки, хмыкает, продолжает поиск в одном из внутренних. На свет появляется смятая пачка и зажигалка, женщина достаёт одну сигарету, и, уже поднеся её к губам, поднимает на пилота взгляд, после секундного раздумья, спросив:
— Не против? И если сам куришь, то угощайся, никому не скажу.

[icon]http://sh.uploads.ru/v39zo.jpg[/icon]

Отредактировано Willa Jenkins (2019-09-27 19:57:27)

+3

5

Что можно до сих пор сказать о незнакомке? Она определённо не испытывает проблем с тем, как ставить себя перед людьми - то, что кроме всего прочего было жестом вежливости, было теперь обращено вспять, когда девушка села на те самые ящики, с которых он встал. Хотя стоило отдать должное, что она ловко это проделала. Если к этому добавить обращение на "Ты", ровное отношение к симметричному тону, она определённо не страдает самооценкой. Уж точно не имеет комплексов некоторых упырей в погонах, что стремятся утвердиться своим званием, силой и авторитетом. На секунду вообще показалось, что Шарнхорст смотрит в зеркало: незнакомка то ли из вежливости, то ли желая произвести приятное впечатление, улыбалась. Начиная так же слабо уголками, как это делал Регул, а потом сильнее, более выразительно, словно что-то ей понравилось и это стало растапливать первоначальный лёд. Глаза же говорили о совсем другом...

"Она изучает меня, я изучаю её."

Чтож, надо признать, что ему даже стало любопытно, что незнакомка ищет и ради чего. Просто хочет обрести уверенность в собеседнике? Или ей нужно что-то более сокровенное? Или и то, и другое, на манер Ширли? Тем не менее, девушка охотно ответила на предыдущие вопросы и теория вероятности сработала в его пользу. Арчер беззвучно выдохнул струйку воздуха. Они вдвоём ищут одно и то же, и то, что она открыто рассматривает его как свидетеля, которого надо допросить, было приятным бонусом: каждый получит своё.

Вопрос лишь в том, сколько продлиться эта "медовая свадьба".

- Ради Бога, я лично обойдусь. - Юноша вновь пожал плечами, ничего не имея против того, чтобы кто-то при нём курил. "Каждый травит себя в своё удовольствие", как он всегда выражался, морализаторством он никогда не страдал. Сам же жест пришёлся по душе: просто и по-людски. Возможно лёд действительно тронулся, и если так, то и славно...

- Всё началось утром этого дня. - Регул скрестил перед собой руки, и, чуть наклонив голову, начал свою исповедь. - ЦБ впервые за долгое время оказалась в блокаде. Технически, Глубинные до сих пор никуда не делись, но тогда артобстрел делал всё хуже: из сна в пекло и хаос. Из того, что я знаю и понял от других, могу сказать, что в первую очередь пострадали доки базы и штаб - отсутствие связи на операции, создаваемое молчание и оцепление вокруг конкретных мест наводит на мысли, что адмиральский состав стал прямой жертвой. Осмелюсь сказать, что такие хирургически точные удары трудно предписать бездумным чудовищам, Вы так не считаете? - Это было прямой провокацией: как поведёт себя человек, перед которым развенчивают одну из устоявшихся догм? Насколько профессионален взгляд этой девушки? И если она втянется в обсуждение, то почему бы и нет? На уме у Шарнхорста было многое, но истина всегда находится в критике и компромиссах разговоров. Его правая рука вышла из сцепленного замка и безжизненно повисла в бок, ладонью кверху, глаза блестели и искрили в ожидании ответа.

- Я могу рассказать более подробно о моей операции, и что сам узнал впоследствии, если Вам интересно.

Отредактировано Scharnhorst (2019-09-29 12:38:02)

+2

6

Убирая пачку обратно в карман, но теперь уже внешний, Уилла зажимает сигарету между губами и щёлкает зажигалкой. Делая первую затяжку она неопределённо кивает на начало чужой речи, в мыслях отмечая для себя отметку в пять часов утра. Отвратительно рано, если честно. И просто отвратительно, потому что парнишка прав – проснуться под артобстрелом это последнее, что нужно человеку для счастья. Эгоистично, но Уилла рада, что её здесь не было, потому что от одной мысли о панике и попытке в быструю эвакуацию и организацию детей ей становится как-то тошно. 
Прозвучавшее "впервые" и "долгое время" в её понимании не сопоставимы, потому что Центральная База в принципе впервые оказалась в блокаде с момента своего основания. Как можно было прощёлкать подход такого количества Глубинных? Хороший вопрос. Из того, что о них знала и успела усвоить за службу сама Уилла, их действия редко бывают слишком спонтанными и массовый сбор занимает всё же какое-то время, что даёт Флоту шансы заметить неладное и отреагировать. Это, конечно, про обычные ситуации. А блокада больше походила на то количество исключений и странных случаев, когда доводилось находить сражавшихся друг с  другом Глубинных, или когда они вообще выбрасывались на берег умирать, или были обнаружены в море уже мёртвыми, что тоже имело место быть, хоть и крайне редко. Чертовщина, одним словом.
Уилла не упускает из внимания "адмиральский состав стал прямой жертвой" и хмыкает, на несколько секунд поджимая губы. Штаб был защищён примерно никак и это вторая причина, по которой она рада, что её утро началось не с воя сирен, а вполне себе вежливым стуком в дверь.
— Они тупые, — женщина выдыхает дым и медлит, более тщательно подбирая слова для ответа.
“Тупые” кажется ей максимально подходящим словом, способным вместить в себя все нюансы прозвучавшего вопроса. Не “бездумные” или “бездушные”, а просто тупые, — в большинстве.
Добавляет она чуть помедлив и вновь вдыхает и выдыхает дым. Чужой вопрос ей понятен, как и возможное желание обсудить то, что произошло. Уилла не уверена, что меткий удар по штабу был прицельным и спланированным. Возможно, что это вообще случайность. Возможно, Глубинные просто стремились уничтожить то, что могло предоставить угрозу, а это в первую очередь МЕХа корабли, а потом просто спокойно сравняли бы всё остальное с землей. Возможно, к сожалению, всё что угодно. В действительности они очень мало знают о своём противнике.
— Нас учат, что все Глубинные, вне зависимости от вида и класса, лишены сознания. Нет видимых признаков мышления, разума, личности или эмоций, не все даже самостоятельны, как боевые единицы. Это что-то вроде аксиомы. Их сравнивают с хищниками, которые стремятся захватить и удержать территорию, охотятся на то, что на этой территории пребывает, защищают то, что защитить им может быть необходимо.
Хоппо, несмотря на то, что Глубинные лишены сознания, виделась и воспринималась Львицей, за все эти годы “вместе”, как очень даже разумная тварь. И будь у неё личность, она явно была бы ещё большей стервой, чем сама Дженкинс. Только это скорее всего её личное желание сделать своего врага, априори опасного, ещё и максимально одушевлённым, а не просто механически живым. Возможно, в этом есть какой-то смысл, который могли бы найти психологи, но Уилле лично всё равно. Она знает, что действия Хоппо имеют определённую систематичность, исходя из которой можно даже предугадать некоторые её шаги. А ещё она знает, что эта гадина способна на что-то близкое к импровизации. Она способна действовать непредсказуемо. Не зря всех Сирен причисляют к высшему рангу иерархии Глубинных за наибольшую осознанность в бою и то, как им подчиняются все остальные особи. Вожаки в стаях. Королевы ульев? Но даже у них нет разума в том смысле, который ожидаешь увидеть.
“Сдержанный какой”, — отмечает она про себя, обращая внимание на сцепленные парнем в замок пальцы. Желание отгородиться или выдержать дистанцию, умение и желание взять себя в руки? Как бы то ни было, это в любом случае сосредоточенность. Немного непривычно, если честно, но Уилла просто привыкла к более взрывным и конфликтным ребятам. Ты им слово, а они тебе в ответ десять и половина из них будет непечатными.
— Некоторые предпочитают сравнивать их с животными, ну, вроде как вполне себе живые твари и в их действиях нет исключительно машинной логики. Но те же котики умнее большинства Глубинных, потому что у последних не хватает даже базовых животных инстинктов. В основном, проблемы с самосохранением. Им не свойственно бегство при страхе от столкновения с превосходящими силами Флота, исключая случаи, когда из боя пытается выбрать пара недобитков и ту панику, которая возникает у “И”-класса при потере командующей единицы. И не доказано, что те инстинкты, которые у них есть, подвергаются модификации под влиянием опыта. Низшие особи предпочитают сбиваться в стаи, что является одновременно их сильной и слабой стороной, некоторые из них склонны к каннибализму, а ещё они бросаются на всё без разбора. Те, что в иерархии постарше, немногим лучше. Они не сознают себя, не способны мыслить рационально или автономно и их точно не заботит вопрос о подлинной ценности своей жизни. Если нужно встать живым щитом, чтобы загородить другую единицу, – Глубинный это делает без раздумий. И он не колеблется, когда идёт на таран. И это, на самом деле, ужасно.
Просто отвратительно, когда твой враг не боится смерти, а ты вот очень даже. У тебя тут семья, друзья и, может быть, любовь всей жизни, есть о чём сожалеть и куда возвращаться. Глубинному на это наплевать. Если ему поступает сигнал защищать что-то, то он защищает это ожесточённо и без иных вариантов, кроме как победа или смерть.
— Кто-то сравнивает их с пчёлами и муравьями и приписывает коллективное сознание. Как по мне, это может оказаться ближе всего к правде, но это в любом случае terra incognita и только догадки. Поэтому слово “тупые” мне кажется максимально подходящим для описания большинства Глубинных.
И как же это здорово, видит Бог. Глубинные и так доставляют достаточное количество проблем и без возможности к совершенно разумной адаптации.
— Я уже говорила с парой инженеров, кто видели и пережили штурм доков. С их слов это было больше похоже не месиво, — месиво, правда, всё равно имело свою цель, а не одну лишь хаотичность действий.
— Расскажи, — она похлопала по ящику рядом с собой, предлагая сесть обратно. Что-то ей подсказывало, что разговор может затянуться, — мне действительно интересно.
“И важно”.

[icon]http://sh.uploads.ru/v39zo.jpg[/icon]

+3

7

Девушка оказалась интересным образцом того, когда разные мелочи дают разные впечатления. У юноши на первых минутах возникли опасения за то, насколько та действительно слушает, увидев её кивок головой, будто думает о чём-то совсем другом. Хотя разве это не глупо попросту было бы? Но нет, хмыканье на ноте об адмиралах скорее связано между друг другом, и что тут сказать: очень чутко по отношению к тем, кто возможно покалечен, а то и превращён в кровавую кашу внутренностей. Впрочем, нечто подобное и видишь чаще как минимум на ЦБ: говорить хуже ли или лучше на других филиалах ОВМС точно не юноше. Чаще видишь подростков, которые в лучшем случае проявляют интерес к некоторым коллегам, и более равнодушно, а порой и вообще отчуждённо относящихся к остальным членам персонала. Детали разнятся, есть много разных отклонении, и всё же Шарнхорсту казалось, что конкретная картина более популярна здесь.

Здесь нет чувства коллектива, это больше напоминает отношения злой мачехи, которая может быть и не прибегает к побоям, не унижает и не оскорбляет, но ты чувствуешь, что она совсем не имеет к тебе каких-либо тёплых чувств. Вы терпите друг друга, миритесь с тем, что никто из вас не останется довольным, и это висит над всей Центральной Базой, подобно огромному свинцовому облаку и давит на всех жителей, душит намертво. Словно чужие друг другу, люди спокойно относятся к тому, что порой так ревностно стремятся вывести из своих близких, ведь они "не мои". Иногда казалось, что Глубинный Флот - не является главной бедой человечества, у неё иное имя.

Апатия.

Ибо есть ли смысл сражаться за спасение, если человек человеку волк?

Слова про инженеров снова служат подтверждением её интереса к теме, очень похоже на широкий сбор информации. Как знакомо. Как близко душе. Дальше ещё милее: значит, Глубинные тупые? Незнакомка говорит во многом о "официальной версии", ничего нового во многом нет. Но определённо интересно услышать упоминания тактических закономерностей особи, это редко услышишь от людей, которые не имеют прямого отношения к операциям? Адмирал? Бывшая? Кто-то из "спец. отделов"?. Или же просто очень интересуется Врагом Человечества и имеет нужные связи? Вариантов много, а деталей и информации пока недостаточно, чтобы утверждать что-либо. А интересно...

- Даже если они подобны животным, думать что Глубинные тупы - грубая ошибка. Частное мнение, и всё же. - Регул выдохнул струйкой, как будто только что сделал затяжку вместе с девушкой. Взгляд продолжает неспешно отслеживать перемены в собеседнице, лицо сохраняет выражение беспристрастности. - В животном мире работает простой и эффективный принцип: "Эволюционируй или вымри". Хотя в некоторых частичных исполнениях, вроде человека, это больше похоже на "Эволюционируй и истребляй." Почему же Глубинные обязательно должны выбиваться из правил? Доказательств прямых у меня нет, но как говорится, "Бережённого Бог бережёт". Пускай остальные думают, что мы суеверные, юродивые - лишь бы мы справлялись со своими делами. - Каждый раз когда Арчера заносило в такие мысли, он думал, что ведёт себя как типичный подросток: у него много энергии, он хочет решать все вопросы и разбираться с любыми проблемами, вот только не знает, с чего ему начать. И каждый раз другая мысль пересекала предыдущие на корню как меч, ударивший по Гордиеву Узлу:

"Сейчас это частично мои проблемы, а потом пройдут годы, и они станут моими прямыми проблемами. Что я передам следующему поколению, когда оно меня заменит? Я не хочу передавать эти проблемы другим как мешок картошки, но что я действительно смогу решить?"

- В этой теме почти невозможно озвучить что-то принципиально новое, я очень не желаю сейчас скатываться в резонёрство, и всё равно мы возвращаемся к исходной точке: мы ничего о них не знаем. И как по мне, не зная с кем воюешь, ты не ведёшь войну. Это будет пустым и бесконечным кровопусканием. На худой конец давным-давно Сунь Цзы сказал: "Если ты знаешь себя, но не своего оппонента - за каждую победу будешь платить поражением", и уж это мы видим все девять лет нашей истории."

Как Том хотел в своё время получить ответ на простой вопрос: "За что они нас ненавидят?". Но ненавидят ли Глубинные людей? И кто может дать ответы на подобные вопросы? Доживём ли мы до них?

Шарнхорст принял предложение пристроиться рядом с незнакомкой, и сел, нога на ногу, положив руки на колено. Коротко усмехнулся, подумав как бы Ширли стала себя сейчас вести на его месте: воспоминания о том, как та соревновалась с фон Фюрстенберг во льду поведения и светских шпильках были довольно яркими, даже если некоторые действия Шлезиен казались довольно детскими, вроде принципиального входа в кабинет без оглашения о приходе. Взгляд юноши вновь пал на стоящие в доках мехи, задержавшись на "Айове" и вновь в голове пошёл перебор особенностей конструкции данного класса, как будто он перебирал карты в своей руке. Сколько идеи, сколько особенностей, временами жалеешь что авиация и ракетные силы убили линкоры как вид. А как бы хотелось иметь на ЦБ что-то вроде яхт-клуба, а ещё лучше сделать свою яхту собственными руками, выйти на ней в море. Одни лишь пронзительные звуки разных инструментов, какофония запахов мазута, канифоли и прочего  настраивали на лад что-нибудь построить, создать, да только тут проблем выше крыши: ресурсы, время, опыт кораблестроения, наконец для именно яхт-клуба нужны единомышленники, а пока такие не находились. Не находились даже те, кто проявлял достаточный интерес к нынешним кораблям.

Тяжёлый и напряжённый взгляд вновь вернулся к незнакомке. Словами юноша будет рисовать картину манёвров, передавать динамику действии обеих сторон. И разумеется стоило упомянуть самое главное...

- Наше соединение проводило контратаку по основным силам Глубинных: два линкора, два авианосца, тяжёлый крейсер и подлодка. 002 по соседству на юго-востоке облегчали наш выход на позицию. Если коротко и ёмко: успеха мы добились сомнительного. 002 полностью уничтожен как боевые единицы, мы уничтожили атакующих на своём фронте и тех, кто был южнее. Все живы, хотя два пилота в бессознательном состоянии, их мехи слишком тяжело повреждены, авианосец уничтожен. Поставленная цель не выполнена. Хотя мы отлично сыграли роль подопытных кроликов для новых особей: подводные, действуют стаями, очень быстрые и разборчивые, учитывая, что вместо ближайшей цели в виде меня они уверено пошли к прикрываемым авианосцам. Плюс они очень быстро оставили Корал Си без средств связи и пошли вглубь корабля. Жрут всё на пути, очень похоже что их больше всего интересуют пилоты, судя по им поведению на двух отдельно взятых ядра, вышедших наружу. Под конец сражения научились прятаться от нас: врассыпную, за надстройками. Отличная адаптация прямо на месте битвы. - Шарнхорст взял паузу и снова выдохнул струёй. В таких ситуациях чем быстрее получаешь нужную информацию, тем лучше для войск, но это всё бесполезно без противодействия, без той самой "Гонки Вооружении". А решение нужно уже сейчас, ибо "Пиявки" могут объявиться в любое время и в любое место. В конце концов...

- Акулы никогда не страдают от паразитов и чужеродных организмов: их ромбообразная чешуя является отличной защитой от любого из них, при этом создавая отличную гидродинамику для тела. Но нам ещё предстоит создать нечто подобное, и даже если мы возьмём акул за образец, такая мера больше подходит для подлодок из-за формы: надводные корабли так не экранируешь от верхних палуб до надстроек. В этот раз нам сильно повезло: Пиявки были почти основным оппонентом с момента их появления, но что если дальше будет более мощная и главное организованная комбинированная атака? Что тогда? Разменивать опять свои корабли на мелких паразитов-саботажников?

Отредактировано Scharnhorst (2019-10-11 23:11:34)

+3

8

Она здесь не для споров, поэтому не настаивает на своих словах о Глубинных, как на истине в последней инстанции. Но по мнению Уиллы они реально тупые, потому что “Ро”-класс жрал торпеды, а “Ха”-класс самоубивался тараном о их МЕХи ещё в две тысячи семнадцатом году, когда их флотилия, самая-самая первая, только освобождала острова Рюкю и никто из них понятия не имел ждёт ли их вообще успех или они группа смертников и изощрённых самоубийц.
И вот посмотрите, двадцать пятый год, восемь лет разницы, на месте палаточного городка и пары наспех построенных зданий огромнейшая Центральная База, всем филиалам филиал, а “Ро”-класс по прежнему жрёт торпеды, а “Ха”-класс бросается чуть что с дуру на таран.
Эволюция Глубинных… бесспорно есть, но пока что она выглядит очень медленной, либо новые виды хоронятся в тех глубинах морей и океанов, куда человечество из чувства безопасности не забирается, довольствуясь тем, что есть. Поэтому человек, по мнению Уиллы, всё равно до сих пор является самой опасной тварью в рамках этой планеты. ОВМС бы побольше “ресурсов” и эта война явно была бы активнее, чем она есть. А лет десять пройдёт, глядишь, и Левиафана придумают чем завалить, отомстив за Австралию и погубленные жизни.
Выдыхая дым Дженкинс только поводит плечом и чуть кивает, просто не собираясь вступать в дискуссию, соглашается с тем, что их враг слишком неизучен и вот это всё, вытекающее из этого факта логичными выводами.
“Начитанный мальчик”, — отмечает она мимоходом, наблюдая за тем, как с палубы “Айовы” снимают пласт брони, чтобы пробраться в её повреждённое пришедшим сверху ударом нутро.
Это вообще хорошо, на самом деле, когда пилоты думают, только бы в излишнее самовольство это потом не перетекало.
Почувствовав на себе тяжелый взгляд, Львица склонила голову ниже, наклонившись вперед и облокотившись локтём о колено, чуть обернулась. Рассказ вышел коротким, ёмким и по существу. Уилла поджимает губы при “проводило контратаку”, хмурится на “полностью уничтожен”,  делает новую затяжку под “поставленная цель не выполнена”, а дым выдыхает потом в сторону, хоть для этого и приходится ненадолго обернуться.
Когда она слышит про новый вид тварей, то не может сдержать улыбки: тонкой, холодной и совершенно безрадостной. Но за ней само собой читается “ну наконец что-то интересное”. Может быть и не зря она оставила свою ненаглядную Хоппо одну, пусть морозит свою жопу, а Уилле и тут, вероятно, будет очень весело, не говоря уже о том, что тепло.
Запоминая всё услышанное, адмирал понимает, что утро у неё будет насыщенным и весёлым. И хорошо хоть что-то знать уже сейчас, чтобы было над чем думать, раз она всё равно не может уснуть – хоть с пользой проведёт время. 
— “Пиявки” – это их название? — “Пираньи”, судя по описанию, подходило больше, пусть эти рыбки и не покидают воды. Впрочем, суть была не в этом. Парнишка задавался вопросами, которыми не задаваться сейчас не мог. И Уилла терпеть не могла подобные ситуации, когда нужно как-то поддержать, развеять, как по волшебству, сомнения, а реальных вариантов решения проблемы при этом нет. Это только с малышами прокатывает обещание в духе “не переживай, завтра всё будет лучше”. Поэтому она выдерживает небольшую паузу для размышлений и ещё одной затяжки, и говорит как есть.
— Разменяешь пару кораблей на паразитов-саботажников и не хватит мощи дать сдачи оставшимся силам Глубинных. Лишние потери, лишний урон, лишний ущерб и, как вариант, снова не выполненная задача. Одна невыполненная задача в контексте из нескольких операций может обернуться полным провалом и для других. Скажем, как для сегодняшних ребят, которые ждали поддержки при защите доков и не дождались.
Повертев в пальцах сигарету, Дженкинс не уверена, что может найти решение этой задачки вот так, буквально на коленке. Его, скорее всего, единственного и правильного сейчас и нет, потому что такой противник отличается от всех предыдущих и требует индивидуального подхода, а не неравноценного размена.
— Если Пиявки мелкие, а из твоего рассказа мне кажется, что они едва ли больше человека, причем в среднем подростка, то брони у них болт. Получается, что убить их легко, но попасть по ним, получается, сложно – юркий противник и риск оставить при этом в своём товарище пару лишних дыр, тут не каждый калибр подойдёт. И не каждая МЕХа достанет до палубы, скажем, линкора, чтобы накрыть сверху. Истребители авиации? У них хороший урон и хороший обзор, вариант атаки сверху, но сопутствующий ущерб выдержит не каждый. ПВО? Не у всех нужный обзор, плюс, у некоторых тоже довольно убойное, какому-нибудь эсминцу хватит и этого, чтобы отправиться потом домой, а не дальше воевать. Но башковитые умники точно что-то придумают, потому что каждая МЕХа строится на деньги честных налогоплательщиков и спонсоров, а они не любят, когда кораблики тонут.
Поиск этого решения прямо сейчас не её работа.
К тому же, если твари перемещаются под водой, возможно их реально остановить на этом этапе. Задержать или хотя бы сбить с пути. Тут главное для начала не проморгать момент и вовремя обнаружить.

[icon]http://sh.uploads.ru/v39zo.jpg[/icon]

+2

9

Как странно: Регул сейчас подумал о том, как их разговор идёт от начала до нынешнего момента, и поймал себя на мысли, что как-то непривычно ему быть на ведущей роли в диалогах: юноша привык поддерживать общение, отвечать на вопросы и мысли, давать оценку, если её просили. Так было комфортно. Незнакомка словно решила взять эту роль на себя и твёрдо, уверено держала её в своих руках. Кивание головой, движение плечом, и гробовое молчание - если бы её настолько не интересовала тема, она не стала бы говорить "Расскажи", если ещё обсуждение Глубинных можно списать на настоящее нежелание вовлекаться в разговор и говорить об этом: всё же юноша начал об этом говорить из-за своего желания, то к чему тогда такое же почти безразличное поведение к повествованию о делах прошедшего дня? Эта девушка предпочитает фильтровать свои мысли, что озвучивает вслух и держит более сокровенное при себе? Или она просто отличает прохладным и сдержанным поведением по отношению ко всему?

Чтож, это её дело, и лезть в вопросы личного характера Арчер не собирался: живи сам, и дай другим жить. Есть личности более специфические, которые хоть и не выводят из себя и не являются отвратительными людьми, но их он мог принимать лишь дозированными порциями, вроде Марата. Нынешняя собеседница не перегружала мозги до температуры плавления стали, производила впечатление как минимум человека, которому есть что сказать, и который может быть интересной личностью. И в отличие от, например, Шлезиен, она не создавала желания закрыться от неё из сомнении в том, зачем та прощупывает Шарнхорста, как будто хочет разобрать механизм на составные детали. Как всегда, не хватает деталей, чтобы говорить уверенно, но первое впечатление определённо положительное.

- Так предпочло выражаться большинство соединения. Я в них больше вижу "Клещей", чем пиявок, с их манерой вгрызаться вглубь кораблей. Впрочем, их название - вещь субъективная. - Начал юноша ровным тоном, а закончил уже с ядовитой интонацией: - Маловероятно, что они назовут нам свои настоящие имена, а их однозначно никто не станет спрашивать.

Чем больше Регул слушал свою собеседницу, тем сильнее укреплялся в мыслях, что рядом с ним сидит как минимум человек, имеющий отношение к штабным ролям. Адмирал, просто аналитик - трудно было сказать точно, Шарнхорст всё же не имел доскональных знании о структуре ОВМС, и она легко может отличаться от аналогов существующих стран, насколько бы мелкими ни были эти детали. Персонал не особо желает разглашать эту информацию, поступая по армейскому принципу "need-to-know", а сами же ядра не прыгают дальше таких людей, как адмиралов или психологов, с которыми напрямую имеют дело. Ни ответа, ни вектора направления от незнакомки Арчер не получил: только подтверждение того, что всё идёт в тартары, плюс очередное подтверждение для себя о том, что никто не будет обладать нужными решениями и рассчитывать можно только на самого себя и свои силы. Самому делать из дерьма конфету тем, что есть под рукой. Но, надо отдать должное ей: точно не корчит из себя того, чего у неё может не оказаться, и приятнее, и лучше в деле. Слова же о защите доков привлекают дополнительное внимание, учитывая личный интерес, а потому он стремится получить теперь и для себя что-то желанное.

- Вы знаете о произошедшем у доков? Я лично знаю про атаку на них в общих деталях, и потому буду очень благодарен за подробности. - Юноша слегка наклоняет голову на бок от задумчивости. Девушка права в рисках при мерах, принятых против "Пиявок", и достаточно разумно говорит о том, почему меры будут рано или поздно найдены. Хочется сказать, что лучше пусть рано, чем поздно, речь идёт о жизнях и боевой стоимости единиц, но ему ли об этом говорить? Умники, как выразилась, элегантно собеседница, занимаются таким же трудом, который уважать надо. Иначе надо говорить "Почему Глубинные всё же угроза?! Ты же ядро\адмирал, ты отвечаешь за их поражение!" и получишь такой же ответ, как и с техническим отделом. - Контролируя небо - контролируешь битву. Контролируя умы - контролируешь войну. И даже если Глубинные под вопросом в наличии ума, наш ум всегда был, есть и должен быть. Так что да, будем работать с тем, что есть, и если дадут нам что-то: славно. Нет, так будем обходиться. Возможно мы с Вами даже сразимся вместе бок о бок, насколько это возможно из кабины пилота и комнаты связи.

Периферийное зрение держит под прицелом лицо девушки, его перемены в мимике и эмоциональном фоне. Регул подумал, что наверно стоило просто спросить о том, кто она такая в лоб, но желание получить информацию по привычке было вставлено в уже идущее согласие незнакомки с её ответом о контрмерах, экономии времени и целостности речи ради. Через некоторое время голова плавно опрокидывается назад как у куклы, и глаза начинают своим взглядом сверлить дырочки в бетонном потолке. Как вдруг захотелось увидеть ясное звёздное небо, вновь почувствовать себя так, словно можно пойти в любом направлении и так идти до бесконечности. Находить и находить новое.

- Это то, что знаю и видел именно я. Дальше пойдут только чужие рассказы и слухи, что я успел собрать, но если есть вопросы как по прошлой теме, так и по этой - спрашивайте.

Отредактировано Scharnhorst (2019-10-15 16:47:15)

+3

10

— Если бы они разговаривали, всё было бы сложнее, — в самом деле, так даже легче верить в их неразумность. 
А как бы обстояло дело, окажись Глубинные разумными? Целой цивилизацией, да хоть из космоса, как любят делать в фантастических фильмах. Эту войну бы пропагандировали уже совсем иначе. И убивать их, наверное, было бы сложнее, и не только с позиции, что они могли бы стать более хитрыми или приспосабливались быстрее ко всему, что готовит против них человечество. Сейчас всё просто, сейчас перед тобой “Ро”-шка, такая же, как миллион других, а был бы какой-нибудь Гоша, который, сука, личность. И у Гоши есть где-то семья, друзья и любимые и получается палка о двух концах, моральные терзания и всё то, что только усложняет дело, но без этого не обойтись.
А так… слава Богу, что их враг более примитивный. И как хорошо, что в его неразумность очень легко верить, особенно учитывая, кто против Глубинных воюет.
— Я немного знаю, тоже в общих чертах. Больше тебе мог бы рассказать только кто-то из участников, — сам обмен информацией выглядел как честная мера, пусть и не совсем равномерная, но с этим Уилла даже при желании мало что могла сделать. И с ответом пока не торопилась. Она сперва затушила о боковую стенку ящика сигарету и, запустив руку обратно в карман, достала пачку и убрала бычок в неё. Мусорить было ни к чему, выкинет (если только не забудет), позже. 
Несмотря на очевидную задумчивость, в которую Львица погрузилась с завершением рассказа пилота, и некоторую отстранённость, с которой Уилла наблюдала за работой техников, она не упускала ни одной чужой фразы. Только фильтровала их, пожалуй, слабее, но от её слуха не ускользнул тончайший намёк на то, кем она может быть. Повернув голову и несколько секунд спокойно глядя глаза в глаза юноше, Уилла равнодушно пожала плечами, мол, кто знает?
И про себя несколько удивилась, что вопрос не был задан напрямую. Ну... просто, какое-то уж очень аккуратное получилось прощупывание почвы. Даже непривычно немного.
— Ты ведь и с ними, — убрав наконец обратно в карман пачку, женщина указала освободившейся рукой в сторону техников, — воюешь бок о бок, на самом то деле. И с теми, кто инструкторами работают и в любое время суток готовы поднять группу пилотов в очередную симуляцию длиной часов на восемь, а то и десять. И даже с каким-нибудь поваром, который встаёт в пять утра, чтобы пойти на кухню и с такими же другими заспанными поварами готовить завтрак для тех, кому придётся садиться в МЕХу и идти в прямое столкновение с Глубинными.
Их, стоящих плечом к плечу, на самом деле очень много. Да, роли разнятся, да, у кого-то “работка” со смертельными рисками, а кто-то максимум может получить ожог, если будет неосторожен, или недосып, если переусердствует. Но все вместе они как одна головоломка, какая-то невозможная башня Таварра. Одни бруски монументальны, в то время как другие то и дело вытаскивают или заменяют, не забывая что-то помещать сверху…
“Да нет, дурацкое сравнение”, — ОВМС прочнее, чем какая-то башня-головоломка, которую можно разрушить и сломать за пару неверных решений.
— По докам вёлся обстрел, когда пилоты вышли на защиту, — говорить о том, чего бы стоила для ОВМС потеря этого района, не хотелось, да Дженкинс и не стала. Это был бы самый настоящий крах, как скоро бы получилось оправиться после такого удара? — Четверо сперва, потом ещё кого-то смогли спустить на воду в поддержку.
Выдерживая непродолжительную паузу, Уилла склонила голову сперва к одному плечу, а потом к другому, разминая шею.
— С низшими и средними Глубинными на огонёк заглянул авианосец, — информации об этих тварях практически не было. Уилла вот просто знала, что они существуют, что предпочитают держаться крупных групп Глубинных, чтобы было кому защищать их, но на что они по-настоящему способны судить доводилось только теперь, да и то, до утра исходя из рассказов, а не точных фактов. И хорошо, если утром хоть что-то прояснится.
Господи, как ей хочется, чтобы прояснилось как можно больше, чтобы понимать с чем именно придётся иметь дело. 
— Было жарко. Два крейсера в решето, два линкора на дне, один из пилотов не спасся. Но задачу свою они выполнили, иначе мы бы сейчас не здесь сидели.
И о потерях, даже если они не её личные, говорить Уилла не умеет. Просто не представляет себе – как. Хотя столько лет уже прошло, чёрт возьми, пора бы и научиться. 

[icon]http://sh.uploads.ru/v39zo.jpg[/icon]

+3

11

- А если настанет день, когда Глубинные перестанут быть угрозой? Что если однажды мировые державы решат, что ОВМС больше не нужен на постоянной основе, теперь когда общего врага не стало, и потребуют поделить то, что было создано? Если однажды возникнет полномасштабный конфликт - кто из детей сможет нажать на курок, держа в прицеле корабль, в котором сидит такой же ребёнок, как он сам? Тем более, если это будет один из его знакомых, друзей? - Интересно, что на первый план ставит незнакомка, говоря о сложностях? Будет сложнее сражаться с полноценным, а то и превосходящим тебя оппонентом? Или же сложнее убивать разумное существо, которому есть зачем жить и что терять? Или всё это вместе взятое? Правда заключается в том, что каждый справляется с подобным грузом по своему, и единого ответа для всех тут не найти: каждый обретает свой личный выход и подход. Вряд ли бы многие оценили восприятие, подобное тому, с которым жил Алек: уверенно называть время своей смерти и при этом стремиться быть первым, подобно спортсмену на олимпиаде, оставить за собой как можно больше достижении. Убийство того не страшило: как парень утверждал, "Ты не хуже его, а он не хуже тебя. Закон Джунглей никто не отменял." И хотя сам Регул не мог утверждать, что одобряет такое виденье своей жизни, он понимал Старкманна, когда тот говорил о том, лишь избавившись от страха за свою жизнь, живя мыслью "Жизнь - лишь отсрочка неизбежного", ты познаёшь истинное бесстрашие. Но то ли оно для остальных ядер?

И какими бы не были данные тобой ответы, они должны быть даны, ибо когда тот или иной вопрос будет тебе задан жизнью, колебание может тебе очень дорого обойтись... - Когда думаешь, что хуже быть не может, чаще всего становится хуже. Но есть вещи, на которые мы должны дать ответы, ибо они тоже - наша жизнь.

При новых движениях девушки голова Арчера совершает спуск с высот, которые хотелось занять, периферийное зрение выхватывает проделанный путь сигареты обратно в пачку. Жест аккуратиста, даже стало интересно насколько далеко в быту он распространяется, но черта несомненно достойная. Дело здесь не в одной лишь чистоте и порядке - такое поведение может означать, что человек отличается бережливостью, запасливостью и даже умением получать желанные объекты и действия импровизацией. Что из перечисленного окажется правдой в адрес собеседницы?

- Ничего страшного: такие взгляды тоже формируют картину. Чем больше взглядов, тем богаче и более детализирована картина. - Впрочем, это зависит от того, чем и насколько люди готовы делиться. Незнакомка наградила Шарнхорста таким равнодушным взглядом, что трудно было ориентироваться, как трактовать её пожимание плечами. Чтож, это не то, что хочется из девушки вытаскивать клещами, да и высока вероятность того, что они разойдутся и больше друг друга не увидят. Всё же на агента-провокатора она не подходит, слишком упёрлась в события этого дня.

- С позиции единой организации так оно и есть. - Регул ответил задумчиво, начав ответ несколько потянув его произношение, а затем закончив усмешкой: - Впрочем, на ЦБ это может сказываться японский менталитет: каждая роль важна для общества. Может, поделитесь как живётся в других отделениях ОВМС? - Но всё ли так, как должно быть? Регул испытывал несколько дилемм, касающихся идеи единого фронта: в бою очень важно осознавать, что тебя прикроют и поддержат, хорошую команду можно сравнить с отлаженным механизмом - каждая шестерня на своём месте, имеет свою роль, и даже если компоненты под угрозой, механизм перестроится под новые условия и обстоятельства, он не заглохнет от одной проволочки. Гибкость, приспособляемость, всё это возможно лишь когда члены группы знают друг друга.

Взять в качестве примера сегодняшний день. Соединение взято в составе, который, очень похоже, никогда вместе не работал. Корал Си и Энтерпрайз были единственным исключением, и это во многом объясняло их поведение в битве. Считается, что адмирал является ядром группы и он её центральная фигура. Король. Потеряв его в картине происходящего, было потеряно время на перераспределение ролей и приоритетов, оппонент мог воспользоваться этой проволочкой. "Воюешь бок о бок" звучит разумно и красиво, но почему тогда в том бою Арчер не чувствовал единства? Ощущал себя одиночным индивидуалом, пытающимся подстроиться под Уайлд Кард остальных участников - непонятных и непредсказуемых? Почему нет этого чувства единства и с членами базы, на которой в лучшем случае многие ведут себя вежливо, но от них не чувствуешь человеческой теплоты? Нет ощущения, что к этим людям можно прийти с любым вопросом, любой проблемой, что гложет тебя - что с ними можно делить, давать и принимать? 

Рассказ об атаке на доки начался с общих событии, подтверждающих, что Шарнхорст ничего в ней не упустил. Информацию про авианосец он встретил ровным выражением лица, без удивления или неудовольствия. За своё время службы на ЦБ и многочисленные симуляции, что юноша проходил, разведчики были максимумом, что он увидел, но то, что следует рассчитывать на самих носителей палубной авиации он осознавал: хотя бы потому что если Глубинные имеют то, что укладывается в человеческий эквивалент кораблей, должны же быть и авианосцы? Неприятным тут ощущалось отсутствие банальной системы ПВО, а казалось бы, что на главный филиал должны были не пожалеть средств. Впрочем, это всё было верхушкой айсберга...

"Один из пилотов не спасся."

Время словно застыло, это напоминает немые сцены театра, когда актёры застывают в той или иной позе и остаются такими до закрытия занавеса. Лицо Шарнхорста дрогнуло, зрачки расширились, и он коротко судорожно вдохнул.

"А если это была она?"

Шанс велик. Нагато-Йота не была в группе, пропавшей без вестей, в которой был Молотов, это Арчер смог установить. Нельсон была единственным линкором в своей группе. Остаётся лишь одно из двух. И не сам факт возможной смерти пугает.

"Слишком мало времени. Надо было чаще с ней быть. Надо было раньше встретиться и познакомиться с ней. Я даже не попрощался с ней."

- Вы, случаем не знаете имя этого умершего ядра? Имя его корабля? - Силой воли Регул взял себя и свои эмоции в руки. Прятать вектор своих чувств было уже бессмысленно, и теперь он прямо смотрел на свою собеседницу, ожидая ответа. Любого ответа, лишь бы рана смогла затянуться, ибо нет ничего хуже несвёртывающейся крови. Неведенья.

Отредактировано Scharnhorst (2019-10-19 23:07:02)

+3

12

От этого “если” Уилле хочется поморщиться, как от приставучей зубной боли, от которой никуда не деться, но и терпеть её нет уже никаких сил. Дженкинс терпеть не может все эти “если”, “бы” и “а вдруг”. Думать, конечно, полезно; строить предположения всегда необходимо, но вот это конкретное “если” настолько далёкое и бесперспективное, что Львица искренне сомневается, что хотя бы на старости лет услышит такое словосочетание, как “война закончилась”. Это , конечно, при условии, что она до старости вообще доживёт.
Но дело не в этом.
Уилла не любит тратить время на предположения и теории, которые мало совместимы с реальной жизнью и не принесут с собой существенный и реальный профит. Время – слишком ценный ресурс, чтобы тратить его совершенно бессмысленным образом, поэтому вместо теорий, которые начинаются с “а вдруг” или “что, если”, Львица предпочитает решать проблемы реальные и существующие уже здесь и сейчас, а не в каком-то отдалённом, либо совершенно не существующем будущем.
Не плохо, что есть люди, которые такими вопросами задаются, но ей это “а если” совершенно безразлично, потому что в отличии от воздушной теории есть реальная практика. И в этой реальной практике появились авианосец, который вылез в ближний бой, а ещё пиявки, о которых никто и никогда раньше ничего не слышал. Просто не будет никакого “а если”, если не расставить верные приоритеты и не отвечать на правильные и своевременные вопросы, чтобы завтра всех пилотов в море не сожрали живьём новоявленные твари.
Ну и… даже если война когда-нибудь закончится, Уилла не сомневалась в том, что мир просто тут же поглотит новый конфликт, потому что он, этот самый мир, крайне дерьмовое место.
— О, всегда может быть хуже, — в этом бесхитростном выводе заключалась вся жизненная философия Уиллы и сомневаться в ней пока не приходилось.
Но как-либо поддерживать философские рассуждения Дженкинс банально не хочется – не то настроение. Да и цели у неё сейчас не те.
Может, поделитесь как живётся в других отделениях ОВМС? — пожимая плечами, женщина сдерживается от простого, но очень понятного жеста: устало провести ладонями по лицу. Только усталость эта была не физической, просто ей теперь нужно было время, чтобы разложить по полочкам всю полученную информацию и подготовиться к тому, что будет завтра.
— Может, в другой раз, kid, сейчас время для этого не самое подходящее. Буквально, — оттянув рукав куртки, Дженкинс постучала ногтем по циферблату часов, намекая на то, с чего этот разговор вообще начался: кому-то не положено в этот час здесь находиться. 

Касательно своей эмпатии Уилла тщетных надежд не питает – ей тяжело понимать людей, а иногда откровенно не хочется, но вот эту перемену не заметить было очень сложно. Судорожный вздох, изменившееся и дрогнувшее выражение лица, мелькнувшая во взгляде тень страха и безнадежности.
На секунду собранный и сдержанный юноша исчезает и на его месте перед адмиралом остаётся просто напуганный и столкнувшийся с неизвестностью подросток.
— Прости, я не знаю, — качая головой, Львице хотелось бы как-то сгладить свои слова, но нет ни малейшего понятия – как. Нет у неё других, более подходящих слов.
Очень мерзкое и липкое чувство бессилия, хотя вот сейчас, в отличие от всего остального разговора, происходящее ближе всего к её прямым обязанностям. Дело, правда, не только в том, что она делать должна или не должна, а ещё в простом человеческом сочувствии.
Здесь бесполезно большинство слов, Уилла это знает, поэтому под прямым взглядом не сразу находится с тем, что можно сказать.
— Знаешь, у этого неведения есть свои плюсы, — она знает имя того, что будет медленно отравлять каждую минуту пилота ровно до того момента, как появится необходимое знание. — У тебя сейчас есть страх и незнание реального положения вещей, но на обратной стороне находится глупая надежда на благоприятный исход. Иллюзия, но не самая худшая. Потому что даже глупая надежда лучше, чем понимание, что… кого-то уже просто не вернуть.  И что-то закончилось, а тебе с этим ещё предстоит как-то жить.  
Самое страшное в потере, это пустота там, где ещё недавно что-то было.
— Надеюсь, что твой друг окажется жив. — Протянув руку, Уилла легко коснулась чужого плеча, задержав прикосновение на несколько секунд.
— И я тебе советую отправиться отдыхать, день был тяжелым, а каким будет завтрашний не угадаешь.

[icon]http://sh.uploads.ru/v39zo.jpg[/icon]

Отредактировано Willa Jenkins (2019-10-20 00:39:40)

+3

13

Наверно его слишком занесло в разговоре, всё же и самому не хотелось произносить слова только для того, чтобы они прошли в пустую, и возможно незнакомка не особо хотела углубляться в сторонние от её вопросов темы. Как бы там ни было, разговор явно стал угасать по динамике, и единственное что из него было подчерпнуто, так это то, что оба собеседника являются природными пессимистами. Чтож, если они и правду очень похожи друг на друга, тогда и тем более не нужно будет лишних слов. Был дан жест, символизирующий что quid pro quo окончился, и в силу вновь вступил комендантский час, хотя сейчас хотелось чем-то себя занять. Чем угодно, лишь бы не продолжать маяться, а ещё сильнее хотелось приступить к поискам. Но это не стоит делать прямо на виду. И глупо будет рыскать в ночи за людьми и поднимать их на ноги ради своих вопросов. Чтож, по крайней мере сон должен убить время ожидания, и на том спасибо.

- Вот как. - Губы глухо выпускают звук, взгляд тускнеет. Не стоило ожидать, что незнакомка вот так просто даст ответ, тем более будучи недавно прибывшей на базу. Это не более чем подтверждение, что придётся всё делать самому, то, к чему Арчер был морально готов, даже если от этого легче не становится. Кажется, что всё в округе становится прахом. Молотов, Нельсон, Нагато - пропавшие без вести, причём последняя легко может попасть в список Убитых в бою. Ойген, Шлезиен тяжело ранены, хотя при обстоятельствах стоит радоваться тому как они легко отделались - одна лишь Ширли чудом выжила из всего соединения. Помнится, Тина об этом и говорила словами "очень опасно к кому-то привязываться". Но жить таким образом - означает отсечь от себя половину того, что входит в жизнь, убить себя на эту самую половину, и разве это - не является попросту тем самым малодушием, в котором в своё время Алекс обвинил Генри несколько лет назад? Страхом "я не хочу проходить через плохое, неприятное и противное а потому я буду прятаться от этого"?

А как же те прошедшие дни? Дни впечатлении, дни с вызовом, поисками, достижениями, радостью и наслаждением? Разве это всё было зря? Разве этого никогда не должно было быть?

"Соприкасаясь, отталкиваясь и соединяясь вновь... мы живём."

Нет, всё так как должно быть. Конец лишь заставляет нас ценить, то, что у нас есть и не относиться к этому как к данному нам. Любовь и ревность, радость и горе, жизнь и смерть - всё это очень тесно переплетено и без одного не будет и другого. А без всех чувств, не будет в человеке того, ради чего его стоит спасать, защищать. Ради чего стоит жить.

- Страшен не сам финал, мы все однажды умрём, а чувство того, что история не завершена, песня не допета. Жизнь не до конца и полностью прожита. - Со стороны наверно это выглядит странно: человек, переживающий за кого-то озвучивает то, что считает разумным, а не желаемым в таком положении. Ибо голые желания ничего не делают и погоду не меняют. Человек, высказывающий сопереживание, делает это через логику и рассуждения. Девушка в эти секунды казалась очень похожей на родную мать, очень своеобразную женщину. Регул помнил её невозмутимое лицо, внимательные бледно-голубые глаза, так похожие на поверхность воды, русо-рыжие волосы, связанные в тугой хвост. Хладнокровная, взвешенная в поступках, и чертовски прямолинейная по характеру, эмоциональное бревно, как в нынешние дни говорят про таких людей. Помнил рассказы о том, как она слушая сказки, будучи младше возраста Шарнхорста, видела себя рыцарем, а не принцессой, что справедливо можно назвать необычным. И эта женщина навсегда запомнилась мальчику, как олицетворение того самого "сказочного рыцаря", праведного и преданного - казалось, не было ни единого вопроса, на который она не могла найти ответ или решение, никакие проблемы её не страшили. И потому Арчера не пугало и не отторгало отсутствие явной видимой теплоты - он знал, что она всегда будет рядом когда это надо, её действия красноречиво говорили о том, что выражают улыбкой или приятными словами. С ней же всегда ощущалась более сильная связь и привязанность, ибо насколько бы юноша не восхищался своим отцом, тот воспринимался как далёкий и недостижимый идеал - человек, понимающий и чувствующий всё, сочетающий в себе силу полёта мысли и нахождения её воплощения. - Я не хочу выглядеть неблагодарным, я понимаю, что Вы хотите сказать, и я благодарен. Дождусь завтрашнего дня и возьмусь за эту кучу, что бы в ней не было.

Многое ощущается знакомым. Какие мысли озвучиваются, сделанный жест, призванный выразить то, что не передать словами. Даже если всё их взаимодействие шло конкретным ходом, этот момент говорит о том, что есть нечто большее в собеседнице, даже если она просто хочет проявить соболезнование из вежливости. Шарнхорст лениво слезает с ящика, задержавшись на прощание благодарным взглядом- Чтож, доброй ночи Вам.

"Я тоже хочу быть порядочным юношей, но в итоге я всё такой же двуличный, продолжающий отдавать всё, надеясь быть достойным."

Отредактировано Scharnhorst (2019-10-21 18:48:34)

+4


Вы здесь » Striking Distance » Банк завершённых эпизодов » 15.07.2025, Smoke and Mirrors


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC